Нино Бурджанадзе: Я уверена – Юлия Тимошенко не перейдет недопустимую грань


Отношения на верхушке грузинской политики зеркально похожи на украинские: Нино Бурджанадзе была рядом с Михаилом Саакашвили во время «революции роз», как и Юлия Тимошенко делила сцену Майдана с Виктором Ющенко во время «оранжевой революции».
 
Сейчас половинки этих пар – непримиримые оппоненты. Аналогии усиливает то, что Ющенко и Саакашвили – кумовья, а Тимошенко и Бурджанадзе – подруги, если такой термин вообще применим к украинскому премьеру, и последовательные поклонницы бренда Louis Vuitton.
В свои 44 года она успела многого добиться – Бурджанадзе уже дважды была и.о. президента Грузии, а с 2001 по 2008 возглавляла грузинский парламент. Правда, такая интегрированность во власть вылазит теперь боком: как многолетнему союзнику Саакашвили, Бурджанадзе теперь сложно убедить избирателя в своей оппозиционности.
В конце прошлого года Нино Бурджанадзе возглавила оппозиционную партию «Демократическое движение – Единая Грузия» и объявила, что будет добиваться досрочных выборов президента.
 
Долгое время Бурджанадзе казалась единственной альтернативой Саакашвили, однако сейчас ее теснит Ираклий Аласания, бывший посол Грузии при ООН, работавший в Нью-Йорке и способный консолидировать вокруг себя американское лобби.
Однако и Бурджанадзе рассчитывает стать новым президентом Грузии. Она, не суперпопулярная на родине, тоже ищет поддержки за рубежом.
Во время Всемирного форума в Давосе экс-спикер грузинского парламента приходила на украинские мероприятия в надежде доверительно переговорить с Биллом Клинтоном и Джорджем Соросом. И если с мужем госсекретаря США у нее не получилось, то с американским миллиардером она покинула украинский ланч в одном автомобиле.
Непосредственность Бурджанадзе успел оценить и автор этих строк. В конце интервью, которое происходило в фойе одного из отелей Давоса, не дождавшись официанта и сославшись на необходимость срочно уйти, Бурджанадзе попросила журналиста «Украинской правды»: «Вы не заплатите за мою минеральную воду?»
 
– Вас принято считать грузинским прототипом Юлии Тимошенко. Вы не замечали таких аналогий?
 
– Конечно, есть какие–то сходства в Украине и Грузии, но есть и отличия. Реально очень жаль, что после революции и у вас, и у нас не сложилось так, как тогда хотелось.
 
– Вы для себя поняли, почему так произошло?
 
– Про Украину я не буду говорить. Хотя у вас есть один большой плюс – в Украине присутствует реальная демократия, нет контроля над медиа, над представителями бизнес–кругов. А в Грузии все пошло в сторону урезания демократических прав. Это не просто печально, но и непростительно.
Сегодня многое нужно изменить. Те процессы, которые начались у нас в стране – непрозрачность принятия решений, их ошибочность, непредсказуемость – все это привело к военным событиям в августе 2008 года, которые окончательно перечеркнули те позитивы, которые безусловно были после революции роз.
 
– Почему вы вините только Саакашвили?
 
– А кого еще винить?
 
– Например, многие винят Россию, которая провоцировала ситуацию…
 
– Россия – это отдельный разговор. Россия – это большая страна с имперскими амбициями, у нее свои интересы.
А мудрость политика соседнего маленького государства – чтобы не провоцировать постоянно Россию, и не надеяться на мускулы, которых, как оказалось, и не существует.
Мудрость политика в том, чтобы пытаться выходить из трудных ситуаций через диалог.
Вместо того, чтобы налаживать диалог, Саакашвили втянул Грузию в прямую военную конфронтацию с огромной страной – со страной, военной конфронтации с которой избегают супер–державы!
И, конечно, это закончилось катастрофой для Грузии.
Грузия потеряла 20% своей территории, потеряла военный дух, который в последние годы стал появляться… Грузия потеряла военную инфраструктуру. Инвестиции в страну не приходят. Подорван имидж государства как предсказуемого, потеряна возможность урегулирования абхазского и южно–осетинского конфликта.
 
– Существует другая версия, что для стран цветных революций конфликт с Кремлем был неизбежен – судьба как Украины, так и Грузии была уготована наперед. Пример тому – недавняя газовая война…
 
– Но Украина смогла же избежать военного противостояния с Россией? А что касается газовых противостояний – это бывает в жизни стран, это понятно. Но главное в том, чтобы эти конфликты не доходили до черты невозврата.
Я не говорю, что Грузии было легко налаживать отношения с Россией. Нет, у нас были реальные противоречия – Грузия хотела быть членом НАТО, а для России это было неприемлемо. Но искусство лидера в том, чтобы в сложнейшем положении находить выход, а не затягивать узел еще туже.
 
– Вы присутствовали на инаугурации Ющенко в январе 2005 года. В Грузии уже год как революционеры были при власти. Возможно, вам стоило предупредить нового украинского президента, чтобы он не повторял ошибок Саакашвили…
 
– Тогдашний грузинский парламент был укомплектован революционерами, которые не имели серьезного опыта, а руководствовались только эмоциями. И постепенно Саакашвили окружил себя комфортными людьми – это несколько человек, которые в нездоровой атмосфере принимали решения государственного уровня.
Я считаю, что это неправильно, когда три–четыре человека решают любые вопросы и считают себя всезнайками.
Я предупреждала президента об этом, хотя говорила не слишком громко, поскольку еще находилась в команде и считала своим долгом сделать все, чтобы те реформы в Грузии были доведены до конца. А сложности – они как–то более–менее были бы преодолены…
Еще в начале 2004 года я выступила резко против конституционных изменений, инициированных президентом Саакашвили и премьер–министром Зурабом Жванией. Тогда произошел резкий крен в сторону полномочий президента, а власть парламента была сужена.
Я об этом прямо заявляла, хотя, к сожалению, не получила поддержки ни от прессы, ни от населения. Тогда наблюдалась постреволюционная эйфория. Звучали намеки: «Бурджанадзе борется за собственные полномочия…»
Сегодня я многим грузинам напоминаю о тех событиях. Ведь сейчас грузинская оппозиция борется за то, чтобы вернуться к той модели, которую я защищала.
Но, увы, произошло то, что произошло…
 
– Когда у вас начинается предвыборная кампания?
 
– Мы уже ведем кампанию за отставку президента. Я борюсь за то, чтобы эти выборы были как можно раньше, не позже весны.
 
– На следующих выборах вы будете альтернативой преемнику Саакашвили…
 
– Саакашвили уже, слава Богу, не имеет права баллотироваться, а его приемник не будет иметь никаких шансов.
 
– В таких случаях существует риск – политик, который борется с властью, не владеет достаточным ресурсом. И у него возникает соблазн получения помощи из–за рубежа, или от России, или от Запада. В этом сейчас обвиняют Тимошенко. Где грань, которую в таких случаях нельзя переступать?
 
– Я не имею права обсуждать действия Юлии Тимошенко, тем более у нас очень дружеские отношения. Я уверена: она знает, что делает, и она не перейдет ту недопустимую грань для политика, который собирается стать лидером своей страны.
Эта грань – это не брать обязательства, которые повредят твоей стране или поставят тебя в неловкое положение, когда ты придешь ко власти. Нужно быть откровенным, когда говоришь с Западом или Россией.
Для любого политика очень важно иметь хорошие отношения, тем более с западными странами, но в контактах с Россией тоже ничего зазорного нет.
Хотя, исходя из российско–грузинских отношений, эти контакты прекратились. Во всяком случае, у меня уже давно никаких контактов не было.

– Когда в России поняли, что Тимошенко может стать инструментом устранения Ющенко – она получила лояльность российского телевидения…
 
– Это политика. В политике необходимо делать то, что нужно для твоей страны Я считаю, что сегодня нужно, чтобы Саакашвили покинул пост. И кто бы это не поддерживал или был бы против этого – мне все равно!
 
– На чем основаны ваши близкие отношения с Тимошенко?
 
– Мы давно друг друга знаем. Я поддерживала и ее, и президента Ющенко после оранжевой революции.
Время от времени мы созваниваемся, хотя мы обе занятые люди и просто так позвонить–посплетничать не выходит. Но если что–то происходит в Украине – я всегда позвоню Юле Владимировне, если что–то происходит в Грузии – она мне позвонит. И когда я бываю в Киеве – мы всегда видимся.
Но, как ни странно, у меня, к счастью, сохранились добрые отношения и с президентом Украины. И у него, и у премьер–министра есть позитивные и политические, и человеческие черты. Я не буду их противопоставлять. Хватит и того, что в политической жизни их пути пошли в разные стороны. Что–то мне нравится в одном, что–то в другом, но почему я должна говорить об этом вслух?
 
– Почему так приходит с лидерами революции?
 
– Спросите у Саакашвили…
 
– Но все–таки? Точно так же говорит Тимошенко, которая винит во всем Ющенко.
 
– Наверное, у Юлии Владимировны есть на это основания. Я поддерживала Саакашвили с первых дней революции до последнего момента, поддерживала в самых критических неблагоприятных ситуациях. Хотя один мой один шаг в 2007 году стоил бы ему президентства. Но я его поддержала до конца!
И больше всего меня сейчас критикуют среди населения за то, что я поддержала Саакашвили в 2007 году. Меня постоянно спрашивают, почему я не баллотировалась сама. Я была честна по отношению к нему, а он меня обманул.
 
– В чем был главный обман?
 
– После ноябрьских событий 2007 года (после силового разгона акций оппозиции), я сказала Саакашвили: «Так продолжаться не может. Мы зайдем в кризис, если ты продолжишь править так, как сейчас это делаешь. Нужно изменить баланс сил, нужно изменить парламент». Но Саакашвили думает что он – богоизбранный!
 
– Тем не менее, вы его свободно критикуете, репрессий против вас не разворачивают!
 
– Я же не сказала, что в Грузии диктатура. Но есть автократический режим. Саакашвили отобрал у меня охрану, которая полагалась мне по закону как дважды исполняющему обязанности президента страны и как дважды председателю парламента. Просто однажды он утром проснулся в плохом настроении духа и сказал: «С сегодняшнего дня у Бурджанадзе не будет ни охраны, ни машин».
 
– Но это мелочь по сравнению с тем, что происходит в соседних странах, где лидеров оппозиции сажают в тюрьму!
 
– Это не мелочь, потому что с них начинаются большие проблемы. Но пусть только Саакашвили попробует меня посадить. Пусть только попробует!
 
– Вы не боитесь, что Россия вас использует как таран против Саакашвили?
 
– Нет, меня не так легко использовать. Меня никто не сможет использовать! Я делаю то, что считаю правильным для страны. А если сейчас России не нравится президент, который не нравится мне, потому что он погубил страну – это не повод для того, чтобы на зло России поддерживать Саакашвили!

Украинская правда

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *