Москва, 1980 – Лос-Анджелес, 1984 – Пекин, 2008?

Один мир, одна мечта.
Официальный слоган пекинских Игр
24 марта, во время выступления члена политбюро ЦК КПК и главы оргкомитета Игр в Пекине Лю Ци на церемонии зажжения олимпийского огня, неизвестные активисты, выкрикивая антикитайские лозунги, прорвали полицейское оцепление. Они держали в руках флаги независимого Тибета, плакаты с пятью сплетенными в виде олимпийских колец наручниками и лозунг «Бойкот стране, которая попирает права человека». Очередной тибетский кризис вновь обострил вопрос о правомерности проведения Олимпийских игр в государстве, где существуют весьма серьезные проблемы с демократией.
 
Международное сообщество имело сомнения на этот счет еще в 2001 году, когда на сессии Международного олимпийского комитета (МОК) в Москве было принято решение о проведении Олимпиады в Китае. Тогдашний заместитель председателя Европарламента британец Эдвард Макмиллан-Скотт призвал европейских спортсменов бойкотировать Игры в Пекине, обвинив китайские власти в массовом нарушении прав человека, преследовании инакомыслящих, поддержке проблемных режимов и даже геноциде.
 
Однако в своей олимпийской заявке Пекин заверял, что на период проведения Игр правительство ослабит традиционно жесткие ограничения на деятельность иностранных и местных журналистов. Такое обещание соответствует требованию к принимающему городу, содержащемуся в статье 51 Олимпийской хартии. А упомянутый Лю Ци вообще заявил, что «избрание Пекина столицей Олимпийских игр послужит толчком к развитию прав человека в стране».
 
Согласно замыслам коммунистического руководства Китая, Олимпийские игры должны были стать дебютом страны в роли мировой державы с бурно развивающейся экономикой и стремительной модернизацией общества. Вместо этого они могут превратиться в демонстрацию жестоких репрессий, цензуры и политических преследований со стороны режима, который не сумел подняться выше уровня обычного полицейского государства.
 
Как пишет американский еженедельник The Weekly Standard, в 2001 году международное сообщество фактически начало эксперимент: даст ли проведение Олимпиады в Китае демократическим государствам «рычаг влияния» на коммунистический диктаторский режим в этой стране? Станут ли Игры очередным этапом «мирного восхождения» Китая к статусу великой державы и ответственного игрока на мировой арене? Сегодня, через семь лет, ответ на все эти вопросы очевиден: это однозначное «нет».
 
Власти не могут допустить, чтобы Игры при всей демонстративной открытости хоть в малейшей степени стали угрозой для политической системы страны. По сведениям Amnesty International, с приближением Олимпийских игр усилилось подавление какого бы то ни было инакомыслия в стране. За несколько последних лет была блокирована работа сотен веб-сайтов различных международных и китайских организаций. Помимо того, китайское руководство периодически парализует функционирование крупнейших мировых интернет-ресурсов. В декабре прошлого года был закрыт доступ пользователей Поднебесной к сайту онлайн-энциклопедии Wikipedia, причиной чему послужила публикация нелицеприятных фактов из биографии высших чинов Коммунистической партии Китая. В сентябре под запрет китайских властей попала российская поисковая система Yandex, а до этого были блокированы такие сервисы, как Google, Microsoft, MySpace, YouTube», фотосервис Flickеr (за публикацию фотографий шестнадцатилетней давности, касающихся жестокого разгона демонстрации студентов на площади Тяньаньмэнь).
 
Сотни тысяч граждан страны подвергаются незаконному задержанию и заключению без предъявления обвинения в так называемые «учреждения трудового перевоспитания», где задержанным грозит жестокое обращение. Несмотря на некоторый прогресс, в целом остается неудовлетворительной ситуация в реформировании системы высшей меры наказания. Цифры говорят сами за себя: в Китае по-прежнему караются смертной казнью 68 видов преступлений, причем, по оценке китайских исследователей, ежегодно высшей мере наказания подвергается от 8 до 10 тысяч человек.
 
В рамках своих обязательств китайское правительство объявило о либерализации режима для аккредитованных иностранных журналистов. Временное положение действует с 1 января 2007 г. до 17 октября 2008 г. и разрешает иностранным журналистам свободно брать интервью у любых китайских организаций или граждан с согласия последних. При этом стоит отметить, что для китайских журналистов подобные свободы не предусмотрены.
 
Как сообщила известная правозащитная организация Human Rights Watch, некоторые иностранные журналисты отмечали, что после этого им действительно стало легче контактировать с некоторыми диссидентами и обычно избегающими СМИ государственными чиновниками. Однако другие говорят, что их работе по-прежнему постоянно препятствуют должностные лица, полиция и лица в штатском, которые утверждают, что не знают о новых правилах, или сознательно игнорируют их. Чаще всего иностранных журналистов притесняют, задерживают и запугивают в связи с работой над сюжетами, которые китайские власти считают чувствительными, как, например,  политические диссиденты, Тибет, эпидемия СПИДа и «социальная стабильность», то есть беспорядки, демонстрации и их последствия (ИАА МиК).
 
Внимание к ситуации в Поднебесной в области демократии htprj повысилось ровно за год до открытия Игр, назначенного на 8 августа 2008 года. Шесть активистов базирующейся в Лондоне группы «Студенты за свободный Тибет» спустились с Великой китайской стены, разворачивая баннер площадью в 42 квадратных метра, на котором по-китайски и по-английски было написано: «Один мир, одна мечта, свободный Тибет 2008».
 
В зарубежных СМИ было опубликовано открытое письмо активистов движения за права человека в Китае в адрес председателя КНР Ху Цзиньтао и Жака Рогге: «Мы как граждане КНР должны испытывать гордость за проведение в нашей стране Игр, символизирующих мир, дружбу и справедливость… Вместо этого мы испытываем чувство разочарования и сомнения, так как являемся очевидцами систематических нарушений прав человека наших сограждан во время – а иногда и по причине – приготовлений к Олимпиаде».
 
У имиджа Олимпиады-2008 в КНР есть и другие негативные черты. В частности, тот же Жак Рогге заявил, что из-за загрязненности воздуха в Пекине возможно изменение программы соревнований. По данным ООН, Пекин находится на втором месте среди мировых столиц по загрязненности воздуха после Дели. Правительство КНР выделило 13 млрд. долларов на улучшение экологической ситуации в городе к началу Игр. Для того, чтобы очистить атмосферу в ходе 17-дневных соревнований, власти сократят количество автотранспорта на магистралях столицы на миллион единиц (сейчас машин около 3,3 млн), и в течение трех месяцев заводы в Пекине будут закрыты.
 
Тем не менее, США и Великобритания принимают беспрецедентные меры для защиты здоровья своих спортсменов. Так, США планируют поселить их в Южной Корее, откуда самолетом в течение 75 минут они смогут добираться до места соревнований и тем самым находиться в Пекине как можно меньше. Большинство британских атлетов разместится в Макао – специальном административном районе Китая, расположенном в 2,2 тысяч километров от столицы (НГ).
 
Можно ожидать и проведения митингов протеста по поводу Дарфура возле китайских посольств, а также появления плакатов и повязок с соответствующими надписями как у спортсменов, так и у зрителей. Суть проблемы заключается в том, что в обмен на суданскую нефть Пекин предоставляет дипломатическую защиту и поставляет оружие для режима, осуществляющего первый геноцид в 21-м веке.
 
Мировая пресса уже вовсю обсуждает, насколько реален бойкот пекинской Олимпиады. По этому поводу имеются прямо противоположные точки зрения. Инициатор многих сражений за права человека, французский философ Андре Глюксманн сомневается в его целесообразности. Он ставит конкретные вопросы: насколько велика вероятность того, что бойкот приведет к серьезным последствиям? Правительства скольких стран готовы поставить под угрозу отношения и экономические связи с Китаем? Существует ли возможность реализации более эффективных инициатив?
 
Против бойкота и политизации Олимпийских игр в Пекине высказался председатель Европейской Комиссии Жозе Мануэл Баррозу. Он призвал государства Евросоюза выработать единую позицию по ситуации в Тибете: «Мы исходим из того, что Олимпийские игры не являются политическим событием, но огромными спортивными состязаниями, на которых тысячи людей реализуют свои надежды. Мы не уверены, что какой-либо возможный бойкот приведет к большему уважению законов в Китае или Тибете».
 
Солидарен с ним и Джордж Буш. Он заявил, что рассматривает Олимпиаду как важнейшее спортивное событие, а не платформу для критики в адрес Китая, и сообщил о своем намерении приехать в Пекин.
 
Китайские власти, разумеется, утверждают, что беспорядки в Тибете как раз и были направлены на срыв проведения Олимпийских игр в Пекине. По словам премьера Госсовета Китая Вэнь Цзябао, волнения в регионе организовала «клика далай-ламы». Однако сам глава буддистов не выступил категорически против проведения международных соревнований в китайской столице, хотя и призвал мировое сообщество подходить к этому вопросу с позиций «моральной ответственности».
 
Жак Рогге напоминает, что МОК внес в Олимпийскую хартию пункт, согласно которому страна, которая по политическим или иным мотивам бойкотирует Олимпиаду, исключается из членов олимпийской семьи. К тому же он убежден, что бойкот пекинской Олимпиады лишь повредит спортсменам и ничего не решит. Более того, он полагает, что Китай изменится, когда откроется взорам всего мира при помощи 25 тысяч журналистов, которые будут освещать ход Олимпиады. По его словам, «выбор самой многонаселенной страны для проведения Олимпийских игр позволит одной пятой человечества воспринять идеалы Олимпизма».
 
Впрочем, среди сторонников бойкота также немало всемирно известных лиц. Группа, которую возглавляет актриса Миа Фарроу, добилась громкого пиар-успеха, уговорив знаменитого режиссера Стивена Спилберга покинуть должность консультанта Олимпиады по вопросам искусства. Резко осудили действия Пекина голливудские звезды Харрисон Форд, Ума Турман, Ричард Гир, известные своими симпатиями к буддизму. Если они начнут всемирную кампанию в поддержку бойкота, многие будут готовы к ним прислушаться.
 
Коалиция общественных активистов, протестующих против ситуации в Дарфуре, планирует 31 марта начать кампанию против спонсоров Олимпиады. Они призывают население отключать рекламу последних во время состязаний и переключаться на ежедневные репортажи Фарроу, которые будут транслироваться в прямом эфире из лагеря беженцев в Дарфуре, Активисты протибетских организаций также планируют организовать против спонсоров народные кампании. Поэтому среди тех растет тревога, что поднимающаяся волна протестов нанесет ущерб коммерческому успеху Игр.
 
Не отстают и политики. Председатель Европарламента Ханс-Герт Поттеринг призвал политиков взвесить возможность бойкота Олимпиады-2008 в знак протеста против насильственных действий китайских властей в Тибете. Правда, он имел в виду не отказ направить национальные сборные, а бойкот церемонии открытия. Премьер-министр Польши Дональд Туск первым из руководителей европейских государств объявил о том, что он не приедет на церемонию открытия из-за событий в Тибете, и выразил мнение, что так же должны поступить главы всех стран. В МИД Франции тоже заговорили о возможности подобного «частичного бойкота».
 
Любопытно, что во второй половине XX века бойкот стал способом протеста прежде всего для самих китайцев. Во время Олимпийских игр в Мельбурне в 1956 году дело дошло до скандала, когда по недоразумению тайваньские спортсмены вышли под флагом КНР. Атлеты под улюлюканье зрителей устремились к флагу и сорвали его с древка. Китайцы надулись и отказались от участия в Играх. До 1984 года они держались вдалеке от олимпийской сцены. В 1963 году КНР даже выдумала свою антиолимпиаду: неприсоединившихся, инициировав проведение в Джакарте «Игр новых возникших сил» (GANEFO) с участием 2200 спортсменов из 48 стран и бросив тем самым серьезный вызов олимпийскому движению. Однако вследствие хаоса времен культурной революции в Китае GANEFO так и остались единичным мероприятием.
 
Как отмечает Spiegel, даже если при помощи бойкотов и не удается добиться серьезных политических целей, опасность укрепления режима при помощи крупного спортивного события реальна. Это подтверждают события 30-летней давности, когда военной хунте в Аргентине удалось при помощи чемпионата мира по футболу отвлечь внимание от пыток и убийств тысяч противников режима.
 
Еще более наглядный пример приводит американская публицистка Энн Эпплбаум. По ее словам, «Олимпиада 1936 года, проведенная в нацистской Германии, была потрясающим пропагандистским успехом Гитлера. При помощи таких американских газет, как The New York Times, которая заявила, что Игры «вернули Германию в семью наций», он убедил многих немцев и многих иностранцев принять нацизм как нечто нормальное. Уже действовали нюрнбергские законы, немецкие войска вступали в Рейнскую область, в Дахау было полно узников, но мир болел за своих атлетов в Берлине. В результате, многие и в Германии и за ее пределами пришли к выводу, что все в порядке, и что Гитлера можно потерпеть еще немного».
 
Конечно, полная аналогия между предвоенной Германией и нынешним Китаем неправомерна, однако и нетерпимость к нарушениям прав человека по сравнению с теми временами стала гораздо большей. Поэтому у Китая остается чуть больше четырех месяцев, чтобы успокоить мировое общественное мнение, иначе крупнейшее международное событие в его новейшей истории может пройти совсем не так, как планируют его власти.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *