Футбол. Анатолий Капский: наша цель — Лига чемпионов


Интервью председателя правления ФК БАТЭ Анатолия Капского российской спортивной газета «Советский спорт» (за 7 февраля 2011 года).
 
— Вы футболистов водили когда-нибудь в цеха предприятия?
— Не считаю необходимым. Это глупости, когда футболистов опускают в шахту или ведут в литейный цех, якобы для познания тяжелого труда шахтера или литейщика. Тренер Виктор Михайлович Гончаренко, он у нас бывал, ему самому было интересно. Если ребята изъявят желание, мы это обеспечим. А так это, знаете, совковые замашки. Не то, что я циничен в этом смысле, но каждый должен заниматься своим делом и считать свои деньги.
 
— Если бы ни футбольная команда БАТЭ, вы бы работали на этом предприятии, стали бы генеральным директором завода БАТЭ?
— Нет, на завод я попал абсолютно независимо от футбольной команды БАТЭ. Наша фирма «Сталкер» была акционером БАТЭ, акции покупали на открытых аукционах и владели достаточно большим пакетом на то время. БАТЭ сотрудничал с клубом, помогал — это факт. Да, у фирмы был бизнес с заводом, но мы получали условия такие же, как и другие компании. На заводе БАТЭ к 2001 году накопилось множество серьезных проблем: задолженность перед бюджетом по налогам, убытки. Я пришел заместителем директора и пять лет проработал на разных должностях. Футбольный клуб не имел никакого отношения к моему приходу.
 
— Тогда я не понимаю, почему вы назвали команду именно БАТЭ?
— Просто в прошлом БАТЭ был хорошим клубом, главная команда Борисова. Но если бы сегодня команда создавалась, я был бы противником такого названия. Мне нравится, как в Германии команды называются — или именем города, или земли — допустим, «Бавария». Но сегодня это делать не стоит, потому что брэнд БАТЭ достаточно капитализирован, нас в Европе узнают именно по брэнду БАТЭ. Если называться «Борисов», это может нанести определенный экономический ущерб.
 
— Вы говорите, что опыт работы в футбольном клубе многое дает вам как директору завода. А что именно дает?
— Уверенность. Футбольный клуб с самого начала был успешным. Когда ты достигаешь таких результатов, у тебя создается это внутреннее равновесие: ты уверен в себе, тебе проще рисковать, ты понимаешь, что нет ничего невозможного. И, наверное, это помогло разумно рисковать в производстве. Потом мы же с футбольным клубом гораздо раньше вышли на международный уровень. Завод БАТЭ только где-то с 2004-го серьезно работает на международных рынках. Опыт общения с серьезными топовыми людьми из футбольного мира очень помог адаптироваться к современным условиям ведения бизнеса.
 
— Заводчане это понимают? Не ревнуют к футбольному клубу?
— Да я не знаю. Как правило, если кто-то ревнует, он об этом не говорит. Всякое бывало за эти годы. Наверное, поэтому до моего прихода сюда завод БАТЭ помогал клубу больше, чем когда я стал гендиректором. Для меня было очень важно от этого абстрагироваться, чтобы ни у кого не складывалось впечатление, будто я сюда пришел помочь клубу. Может, кто-то и ревновал, но я очень не хотел бы проявления таких чувств.
 
— Совершенно неожиданно вы заявили, что готовите преемника. Кто должен быть этим преемником? Ваш друг? У вас могут быть друзья, равнодушные к футболу?
— Это же здорово, когда работаешь в бизнесе и с членами команды у тебя дружеские отношения. Но это абсолютно необязательное условие. За период, что я имею отношение к футболу, в должности директора клуба только около двух лет работал Захарченко Александр Викторович. Вот он мой друг и сегодня, и всегда. У меня в жизни друзей немного. Пунтус — мой друг! Но я всех перечислять не буду…
О преемнике любой руководитель априори должен думать. Когда-то наступает пора уходить: понимаешь, что уже нет необходимой эффективности. Однозначно скажу, что руководить футбольным клубом мой друг не будет. Это будет молодой специалист с образованием высокого международного уровня. Он обязательно должен любить футбол. Но это даже не условие. Работать в футболе и не любить футбол — невозможно.
 
— И есть ли равнодушные к футболу среди топ-менеджеров завода?
— Да много! Скажем, заместитель по производству не фанат футбола — и что? Естественно, Андрей Скрипко радуется, когда БАТЭ выигрывает. Но к футболу он равнодушен абсолютно.
 
— А рабочий может к вам пойти и попросить автограф у Юревича или Нехайчика взять для сына? Такое было?
— У нас футболисты достаточно открытые. На базе в Дудинке работники завода имеют к футболистам доступ. Бывало, приносили мяч, чтобы собрать все подписи. Это не проблема.
 
— Вы в одном интервью так сказали: сегодня парень играет в Борисове, завтра перейдет в более успешный клуб, хочется, чтобы в душе он оставался «батэвцем». Что это такое — в душе «батэвцем»?
— В БАТЭ должны играть те, кому интересно. Для меня важно, чтобы футболисты, которые получили здесь фундамент для своей карьеры, об этом помнили. И когда они начнут играть в серьезных европейских клубах, не забывали, где им дали путевку в жизнь. Знаете, это очень важный момент. Вот я недавно прочитал интервью Алумоны — ничего хорошего о БАТЭ, как будто у него эти полтора года вычеркнуты из карьеры. Может, он не играл бы в футбол сегодня, если бы не наше серьезное отношение к травме, с которой он к нам пришел. Немецкие врачи ставили так вопрос. А сегодня этот человек помнит, что его тренер не ставил в состав, что отношения с тренером испортились. И все! Если хотите, мы воспитываем не только футболистов. У нас ребята начинают играть в молодом возрасте, и мы стараемся помочь им стать человеком.
 
— Профессиональному футболисту может быть и безразлична эта «батэшность», он играет за себя, на себя и за деньги, конечно. Такой футболист вам подойдет?
— Да, разные бывают люди. Это просто наше пожелание, чтобы игрок, уходя, оставался батэвцем. Но, как правило, играть в футбол без души невозможно. Мы стараемся создать условия, в том числе своим отношением, чтобы чужим себя здесь никто не чувствовал.
 
— А как вам философия Жозе Муринью: «Мне не нужен игрок — прекрасный человек с великолепным характером. Эти качества я хотел бы видеть в своих детях. Мне нужен тот, кто отправит мяч в сетку». Человек с такой философией выигрывает все, что можно.
— Муринью может покупать самых дорогих футболистов в мире, а самые дорогие футболисты не могут стать таковыми, если не будут профессионалами. Но мы иногда слушаем Муринью и забываем, что любое его интервью — это вызов. Не потому, что он такой сноб. Он таким образом отводит давление от своих игроков. Великолепный психолог. Но можно вспомнить, что этот самый Муринью не ставил в состав футболиста, проблемного в человеческом плане. Баллотелли много он играл у Муринью?
 
— Со стороны может показаться, что БАТЭ похож на модель страны. Там тоже ограниченные ресурсы, и страна показывает результаты. Это такое совпадение?
— Бизнес, на мой взгляд, должен рассматриваться в первую очередь с точки зрения эффективности. Я оптимист, и если я работаю с ресурсами, которые имею, значит, такие я заслуживаю. Необходимо работать лучше, появятся дополнительные ресурсы. С другой стороны, если уж я имею ограниченные ресурсы, то должен максимально эффективно их использовать.
 
— А еще ограниченность ресурсов приводит к ограниченности целей. Всегда работать ограниченно — это не беспокоит?
— В современном менеджменте цели должны быть труднодостижимыми, но при правильном целеполагании выполнимыми. Если ставить задачи, которые априори не будут выполнены, и ты это понимаешь, никогда максимально эффективно не сработаешь. Вопрос в том, что нельзя рассматривать любой процесс в отрыве от эффективности.
 
— Другими словами, вы не ставите задачу выиграть Лигу Европы сегодня?
— Нет, такой задачи не ставим. Потому что у нас сегодня нет для этого ресурсов. Но, я думаю, мы со временем сможем поставить такую задачу, имея ресурсов меньше, чем многие участники Лиги Европы.
 
— Тогда есть ли у вас задача минимум и задача максимум на эту Лигу Европы, и какая-то из этих задач уже выполнена? А может, все?
— Скажу честно, на эту Лигу Европы у меня лично уже нет никаких задач. Я сегодня читаю наших болельщиков на форумах, они всю нашу предсезонную подготовку и трансфертную политику рассматривают с точки зрения февральского матча с ПСЖ. Скажу так: если мы сыграем удачно в этих матчах, я буду несказанно рад. Но с точки зрения целеполагания и развития для нас гораздо важнее подготовиться к тяжелому чемпионату и пройти в группу Лиги чемпионов.
 
— То есть сейчас БАТЭ играет на Лигу чемпионов?
— Нет! БАТЭ играет на победу в каждом матче. Но это вопрос давления. Если мы будем сегодня давить команду, это будет мешать достичь результата. То, что мы сегодня вышли в 1/16 — это уже максимальная эффективность в сравнении с другими участниками Лиги Европы. Нет ни одного клуба на этой стадии, где бюджет ниже нашего. Но если пройдем ПСЖ, это будет еще большая эффективность. В соотношении труднодостижимости и возможности выполнить получим другое соотношение, поймем для себя, что наши ресурсы еще недооценены.
 
— Какой БАТЭ, по вашему мнению, сильнее: БАТЭ в 1/16 Лиги Европы — или БАТЭ в Лиге чемпионов?
— Думаю, сегодня команда и опытнее, и более качественный подбор исполнителей.
 
— Скажите, о чем была последняя тема вашего спора с главным тренером команды?
— Да мы с ним много спорим. Гончаренко потому и сильный тренер, что умеет отстаивать свою точку зрения. У Виктора есть удивительное качество. Я человек эмоциональный, и когда доходит до высшей точки эмоциональности наш спор, он разговор сворачивает, чтобы через час к нему вернуться. Знаете, когда тренер дает такой результат, как он, ему сложно в чем-то отказывать.
 
— Вы его Виктором Михайловичем называете или Виктором?
— Я его иногда могу даже ласкательно по имени назвать. Я его давно знаю, он очень для меня близкий человек, своим другом могу назвать, хотя есть разница в возрасте. Но он чаще всегда меня даже не Анатольевичем называет — только Анатолий Анатольевич.
 
— Я думал, вы разные люди. Даже думал, вы вдвоем в команде играете роли плохой и хороший полицейские. Он — хороший…
— Виктор Михайлович вообще-то очень жесткий тренер. Он просто открыт для всех, но очень требовательный менеджер. Он знает, чего хочет, и всегда будет этого добиваться. Я по отношению к ребятам иногда предлагаю ему вести себя мягче. Мог бы это не говорить, но не верю, что в футбольной команде возможна эта игра в плохого-хорошего. Хороший руководитель должен быть разным. Он должен быть предсказуем и понятен, но если каждый день будет говорить одинаковые вещи и совещания у него будут одинаковы, ровненько все будет. Но на большие, на сумасшедшие дела претендовать не стоит.
 
— А есть ли в команде человек, который с вами на ты?
— В принципе, я если представляюсь партнерам, мне нравится европейский стиль — Анатолий Капский. И если бы ко мне обращались на ты, это абсолютно никаким образом меня в моих глазах не опустило бы. Но все называют на вы и по имени-отчеству.
 
— На БАТЭ косо смотрят, сравнивая с этаким отечественным «Реалом» или «Барсой», которые скупают все лучшее, что играет…
— Надо понимать, что БАТЭ на первом месте последние пять лет раздражает многих. Никто же минское «Динамо» не критикует за то, что половина Могилева к ним едет. Мы ведь никого не берем задарма, платим приличные деньги и даже где-то переплачиваем. Нас критиковали, когда Веремко и Сосновский к нам перешли. Надо же понимать, они в Борисове получили великолепные годы карьеры, поиграли на таком уровне, что в Гродно вряд ли бы этого достигли. Или Олехнович сегодня и год назад — это же разные футболисты! У Олехновича в Бресте заканчивался контракт, но мы за него платили шестизначную цифру в долларах.
Вот сегодня мы ищем центрального защитника, нам нужны футболисты, умеющие играть в европейский футбол через контроль мяча. В Солигорске присмотрели Полякова, защитник 1991 года рождения. Предлагаем приличные деньги — скажем так, несколько сотен тысяч долларов. Почему переход Полякова не состоялся? Нам сказали, что, по мнению менеджмента «Шахтера», он стоит не менее миллиона евро. А по мнению учредителей клуба — несколько миллионов. В то же время «Шахтер» интересуется нашим Сашей Володько (мы его не продаем) и оценивает трансфер дешевле, чем мы его приобретали несколько лет назад. Он играл в Лиге чемпионов, в Лиге Европы, он не стал играть хуже, чем когда мы его покупали, напротив он сейчас сильнее.
 
— Кто еще вам интересен на нашем футбольном рынке?
— Могу назвать Януша, Гайдучика, мы бы за них заплатили. С минским «Динамо» вели переговоры о Драгуне, Стас один из лучших футболистов нашего чемпионата, но здесь деньги вообще ничего не решали. Для Динамо он сейчас тот, вокруг кого будет строиться игра команды в этом сезоне.
 
— Вы очень близко к сердцу принимаете критику и резко отвечаете. Зачем?
— Любой должен близко принимать. Здесь толстокожим нельзя быть. Скажу так: огромная заслуга наших критиков в наших успехах!
 
— И форум болельщиков тоже?
— Кстати, там тоже можно прочитать много полезных вещей. Хотя бывает лузерство, поучения, но и много полезного. Вот на производстве как бывает. Пошел директор по заводу. Казалось бы, все время хорошо все было, а в этот момент вдруг бах — и какое-то несоответствие, что-то не сошлось – и попадаешь точно туда! Так и здесь. Вроде все хорошо, но где-то кто-то не доработал, а болельщик все видит или журналисты, с которыми у меня даже на взрыве в основном отношения никогда не портились. То есть была взрывная реакция, я подумал через какое-то время, сам перезвонил и разобрались. Против профессионализма не пойдешь бульдозером. Мы ошибаемся, критики ошибаются, журналисты ошибаются, у всех хватает ошибок.
 
— Для вас важнее: показать хорошую игру и проиграть или сыграть плохо, но выиграть?
— Нет игры — я буду недоволен даже при трех очках. И могу поблагодарить после проигранного матча.
 
— Насколько далеко можно зайти в сравнении сборной Беларуси и БАТЭ? Есть здесь некая, может, не явная конкуренция?
— Не стоит сравнивать, это неразумно. Я переживаю за обе команды. Но есть другой момент. Недавно глава федерации футбола Геннадий Николаевич Невыглас сказал: мол, посмотрите БАТЭ играет по принципам, которые привнес в наш футбол Штанге. Я хочу сказать, что Гончаренко всегда учится и готов учиться. Если чего-то есть хорошего у Пеллигрини, у Штанге, у Раньери, у Володи Журавля, Саши Седнева… Да у любого тренера нужно учиться. Но я точно знаю, у нас в клубе очень серьезно поставлена аналитическая работа. И у многих во многом сильнее, чем у Штанге. Я же общаюсь с ребятами, которые играют в сборной, и не только из БАТЭ. Многие говорили, что когда Скрипченко привлекли в сборную, они получили аналитику перед игрой с французами, которую никогда раньше не получали. Скрипченко из нашего же штаба. Это факт. А все остальное из области предположений. Я считаю, что все сравнения сборной с другими командами, да и тренеров работающих в сборной команде вредны. Только факты и результаты.
 
— Наверняка же вам предлагали какие-то чиновничьи посты. Давайте угадаем: футбольный клуб не пускает?
— Футбольный клуб здесь абсолютно ни при чем. На самом деле предложений хватало. Изменения могли быть и недавно. Но я молю бога, чтобы сегодня все осталось как есть. Очень люблю свою работу. Мне мало кто поверит, что я отказываюсь. У нас на заводе есть цель, хочу быть с командой, которая эту цель реализует. Знаете, у меня в жизни хватало всякого, и со здоровьем были проблемы. Шесть лет назад была операция на сердце, слава богу, я ни разу не ходил на больничный после этого, и неизвестно, если что-то поменяю в своей жизни, как организм отреагирует. Не потому, что я страхуюсь. Собралась молодая, очень эффективная команда. Я с ними хочу работать. Тем более что, с точки зрения чиновничьей работы — ну не мое это! Мне надо быть в производственном процессе, там, где живая работа. Мне неважно, как называется моя должность — мне просто должно быть интересно.
 
http://fcbate.by

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *