Знаменитый теннисист Владимир ВОЛЧКОВ: Волчков как профессионал из себя ничего не представляет

Владимир ВОЛЧКОВ:
Волчков рассказал «Комсомолке», что матч Беларусь — Швейцария может быть для него последней игрой Кубка Дэвиса.

 
Каждый весенний матч Кубка Дэвиса для Володи Волчкова праздник. И даже при неудачах все равно праздник. Ведь 7 апреля у него день рождения. На сей раз 30-й. Может быть, поэтому мы уловили в глазах Волчкова легкую грусть?
 
— Как настроение, Володя?
 
— Настроение абсолютно нормальное. Сейчас все мысли о матче, хочется уже наконец-то дома победить, — сказал Владиатор и улыбнулся.
 
— После поражения от шведов может быть стоит сменить масть? Например, поменять раздевалку, форму, с другой ноги встать?
 
— Зачем? Здесь в манеже у нас были славные победы, а неудачи есть у всех. И то, что сейчас происходит с первой ракеткой мира Роджером Федерером, доказывает, что даже великие спотыкаются. Так что если каждый из нашей команды сделает все, что он может, этого будет достаточно, чтобы максимально приблизиться к победе.
 
— Ну, раз уж мы заговорили о Федерере. Все ждали, что он будет в составе швейцарской команды, но Роджер сейчас занят собой. А вам бы хотелось, чтобы он приехал?
 
— А вам?
 
— С точки зрения надежд на общий успех — нет, но все-таки очень бы хотелось увидеть в Минске лучшего теннисиста мира.
Володя частенько меняет свой имидж. Перед встречей со швейцарцами он отпустил бородку.— Вы рассуждаете, как любой здравомыслящий белорус. С одной стороны, хочется, чтобы соперник был как можно слабее, а с другой — все понимают, что другой возможности притащить Роджера в Минск у нас не будет.
 
— В Беларуси отказ Волчкова или Мирного выступить за сборную вызвал бы бурю негодования. А вот Федерер взял да и отказался.
 
— Если у Федерера есть абсолютно объективные причины не приехать, то его мнение надо уважать. Роджер, будучи лидером мирового тенниса, не раз играл за команду. А вот многие другие первые ракетки мира не приезжали. Все относительно. А заслуги перед родиной… Все это очень шатко, и лучше это не обсуждать.
 
— А что, вам родина чем-то насолила?
 
— Нет, я рад, что у меня отношения дома сложились довольно ровные.
 
— Я бы сказал, что в былые времена вы были народным героем! Чего только стоит матч в 2004 году с россиянами, а потом были победы над аргентинцами, испанцами…
 
— Ничего особенного, даже в тех больших матчах я не делал. В то время у меня и выбора другого не было, надо было идти играть. И так получилось, что я отыграл здорово. Возможно, пройдет какое-то время, и это смогут сделать наши юниоры.
Волчков пообещал «Комсомолке» выложиться в матче со швейцарцами на все сто.— А что сегодня собой представляет теннисист Владимир Волчков?
 
— Владимир Волчков как теннисист, по большому счету, сейчас собой ничего не представляет. Потому что профессиональный теннис начинается с первой сотни рейтинга. А когда ты играешь, располагаясь в третьей-четвертой сотне, — это иллюзия тенниса (Волчков в рейтинге 380-й. — Ред.). На самом деле это не теннис. Там находятся потерявшиеся люди, которым просто нравится ездить и играть в теннис. Все. Профессиональный теннис — это спорт, в котором очень талантливые люди очень хорошо играют и зарабатывают этим деньги. А я сейчас о себе как о профессиональном теннисисте говорить не могу. Это было бы несерьезно. Другое дело, что я понимаю свою ответственность, понимаю, что на меня рассчитывают в Кубке Дэвиса и, возможно, на Олимпиаде. Если, конечно, наша пара с Максимом Мирным получит право сыграть в Пекине. У меня есть договоренность с Минспорта о том, что я должен быть готов к этим турнирам. И я постараюсь выложиться на все сто процентов. А профессиональный теннис… Вот сейчас в Майами был профессиональный теннис, а то, чем занимаюсь я, — жизненная необходимость.
 
— В чем выгода?
 
— Я получаю зарплату. Расходы на турниры несет Минспорта и теннисная ассоциация.
 
— А когда вы поняли, что уже отошли от профессионального тенниса?
 
Февраль 2006-го. Волчков, обыграв испанцев Феррера и Робредо, празднует победу со своей командой.— Года четыре назад. У меня был период в моей карьере, когда я не был на зарплате в Минспорта и в теннисной ассоциации. И я понял, что, отыграв полгода, я потратил больше денег, чем смог заработать. Вместо того, чтобы как настоящий мужчина работать на семью, я у нее забирал деньги. Это не правильно. И как раз получилось, что мы хорошо сыграли в Кубке Дэвиса, мэр возглавил ассоциацию, начался новый олимпийский цикл… К сожалению для команды и к счастью для меня, у нас не было юниоров, которые могли бы сделать эту работу лучше, чем я. Я был нужен, и поэтому продолжил выступать.
— А что будет дальше?
 
— Не знаю. Я бы очень хотел, чтобы для меня матч со швейцарцами был последним. В теннисном плане наши юниоры — Игнатик, Коротченя, Бурый, Котляров, Жирмонт — технически и физически готовы. Им надо найти себя психологически и начать показывать результат. Их время пришло. А я отдаю себе отчет в том, что моя профессиональная карьера закончена. Но Кубок Дэвиса я отыграю с большим удовольствием и постараюсь это сделать очень хорошо. Мне на самом деле все еще нравится выходить на корт, тренироваться, играть. Я играю маленькие турниры и получаю от этого удовольствие. Но одно дело быть в сотке, а другое — где-то там далеко-далеко. Ты приезжаешь на маленький турнир куда-нибудь в Египет, а на трибуне сидит один человек. И ты понимаешь, что твой теннис никому не нужен. А где-то есть совсем другие турниры и тысячи людей платят деньги, чтобы это увидеть.
 
— Впереди тренерская карьера?
 
— Я не скажу, что я об этом не думаю, но свои планы раскрывать пока не буду.
 
— Значит, игра со швейцарцами для вас в Кубке Дэвиса последняя?
 
— Я хотел бы этого. Но если так получится, что мы победим и перед следующим матчем я буду в лучшей форме, чем наши юниоры, я не против сыграть еще раз. Но я убежден, что их время уже пришло. Отсиживаться в окопах уже несерьезно.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *