Молодые белорусы думают, что Куропаты – это в России

Ни в одном постсоветском государстве такого еще не было: сегодня вечером общественный трибунал собирается вынести обвинительное заключение преступлениям сталинизма в Беларуси. «Я каждый год задаю студентам вопрос «Что такое Куропаты?». Сегодня на него не смог ответить ни один человек! Кто-то сказал, что это, наверное, в России или Украине», — известный исследователь темы сталинских репрессий в Беларуси, историк Игорь Кузнецов анализирует, кому выгодно исчезновение памяти о трагедии Куропат.

Двадцать лет назад известие об открытии массового захоронения жертв НКВД в Куропатах на окраине Минска вызвало настоящий информационный взрыв. Но с каждым годом память об этой трагедии исчезает. Молчание государства привело к тому, что молодые люди не знают, какую роль сыграло в истории Беларуси это страшное место.
 

— Когда я показал фильм о Куропатах студентам одного из вузов, интерес к событиям сразу же возник. Это как раз говорит о том, что именно отсутствие информации приводит к равнодушию. А когда человек увидел видеоряд с комментариями, и представил, что это было, у него меняется восприятие истории. Наша молодежь сегодня лишена возможности знать об этих событиях, — считает Игорь Кузнецов. — А как они могут узнать о них в условиях практической полной информационной блокады? Даже негосударственная пресса ушла от этой темы. Про государственные СМИ я и не говорю. Это ошибочная позиция. Я который год слышу, что репрессии в целом и Куропаты в частности – это немодная тема. Но подобные темы — не одежда, которую по моде выбирают. Это связано с трагическими судьбами сотен тысяч наших сограждан. И я считаю, что подобные заявления имеют откровенно циничный характер. А потом появляются вопросы, почему у нас такое национальное сознание? Почему молодежь сегодня не знает и не хочет знать своей истории и никому не верит?
 

Не поднимая тему репрессий, тему Куропат, мы наступим на те же грабли, на которые наступали всегда. Есть уроки истории, которые необходимо усваивать. Если же народ не помнит о тех жертвах, которые понесли предыдущие поколения, он не способен построить цивилизованное правовое государство. У такого народа нет будущего. И так всегда в истории было. Это не открытие сегодняшнего дня.
 
— Как менялось на протяжении этих двух десятилетий отношение государства к теме репрессий?
 

— Сначала, как известно, государство пыталось противодействовать вниманию общественности к этой теме. Об этом свидетельствует и разгон первого шествия в Куропаты на Дзяды, которому в этом году исполняется 20 лет. Тем не менее, после публикации в газете “Літаратура і мастацтва” статья Зенона Пазьняка и Евгения Шмыгалева «Курапаты: дарога смерці», в которой говорилось о том, что сотрудники органов НКВД расстреливали в Куропатах людей, прокуратурой БССР было возбуждено уголовное дело. Это был вынужденный шаг, но он состоялся, и это был, наверное, единственный позитивный момент в деятельности государства.
 

Следствие признало, что расстрелы в Куропатах действительно осуществляли сотрудники НКВД, оно было завершено и его результаты были опубликованы. Тогда ветеранская общественность и прочие недовольные результатами следствия начали писать письма в ЦК КПСС в Москву о том, что это все сфальсифицировано демократами. Из Москвы из Генеральной прокуратуры дважды приезжали комиссии, проверяли эти факты и находили им подтверждение.
 

В середине 1990-х годов следствие возобновилось по требованию ветеранской общественности. Дело вел старший следователь по особо важным делам Валерий Комаровский. Материалы следствия 1988-1989 гг. были изучены вновь, и была опровергнута версия о «немецком следе». Речь идет о предположении, что в Куропатах осенью 1941 года фашистами были расстреляны евреи из Гамбурга. Казалось бы, ну, все, успокоились. Ничего подобного! В 1997 году было опять возбуждено следствие, уже третье по счету, которое проводила военная прокуратура. Опять все подтвердилось, но информация о завершенном следствии не была доведена до общественности через государственные СМИ. Мало того, БТ дважды показало созданный им фильм, который опровергал результаты следствия военной прокуратуры.
 

Надо отдать должное некоторым людям, которые были причастны к последнему следствию за то, что они не пошли на служебный подлог, хотя открытым текстом им было сказано найти «немецкий след». Если бы на месте тех, кто вел это следствие, были другие люди, сегодня мы читали бы, что в 1999 году комиссия вскрыла вымысел демократов и что органы НКВД не имели никакого отношения к расстрелам.
 

А в официальной прессе не было сказано ни одного слова о результатах последнего следствия. Было полное молчание, несмотря на то, что все решения выносились Генеральной прокуратурой.
 

И это было уже молчание государства. Это новая форма идеологической работы: вообще ничего не говорить. За 10 лет все абсолютно забылось. То, что молодежь ничего не знает о Куропатах, говорит о том, что молчание, оказывается, тоже очень влияет на сознание общества.
 
— Почему тему Куропат «замолчали»?
 

— Это абсолютно алогичные действия. В соседних государствах, в России и Украине тоже есть проблемы, но там открыли архивы, сообщили фамилии расстрелянных, назвали места массовых расстрелов и захоронений, ученые работают по этой проблематике, выходят монографии, публикуются сборники документов, снимаются фильмы, которые и мы можем смотреть по российским каналам уже столько лет. То есть, там совершенно другая картина. И на этом фоне мы — какой-то островок непонятной секретности. То, что творилось в Украине, и РСФСР, происходило и здесь. Отличаются только количество расстрелянных и места захоронений.
 

Возникает вопрос: кому это выгодно? На этот вопрос я сегодня ответить не могу. Нынешние руководители государства не имеют никакого отношения к работникам НКВД, которые творили эти беззакония в 30-40-х годах прошлого века, и не состоят в родстве, что было бы хоть каким-то объяснением сложившейся ситуации. В том-то и вопрос, что непонятно, откуда это все исходит, кому и зачем это надо, когда столько лет прошло.
 

Давно надо было сказать правду, отдать дань уважения погибшим и поставить тем самым точку в этой многолетней истории. К сожалению, она не поставлена на сегодняшний день.
 

Тема репрессий в целом замалчивается в Беларуси. Взять хотя бы такой пример. В прошлом году отмечался трагическая дата — 70-летие массовых репрессий на Беларуси, но ни на каком уровне со стороны государства ни одним словом не было упомянуто об этой трагедии всего советского народа, в том числе и белорусского.
 

Ни в одном учебнике, изданном в Беларуси за последние 8-10 лет, даже не упоминаются Куропаты. Хотя бы одна фраза, что в 1988 году там было обнаружено захоронение и проведено следствие. Нет! И в целом о репрессиях в учебниках сейчас не говорится ничего, или говорится примерно следующее: «Победила революция, у советской власти было очень много врагов, она боролась с ними всеми силами и средствами, в связи с чем необходимо было проводить репрессии. СССР — не исключение, многие страны проходили этот путь».
 

При этом нигде нет ни одной цифры, сколько же было репрессированных, сколько расстрелянных, сколько посажено в тюрьмы. Хотя бы для того, чтобы сказать, вот видите, сколько у нас врагов было… Зато в школьных и вузовских учебниках приводится дежурная фраза, которая и в советское время кое-где проскакивала, что в годы репрессий в основном пострадали работники партийных и советских органов и интеллигенция. Но это не соответствует действительности, потому что интеллигенция Беларуси в общем числе пострадавших составляет около 10%. В основном же репрессированы были рабочие, крестьяне и отдельные категории лиц, например, священнослужители. Среди интеллигенции действительно были очень большие потери, но, например, в 1937 году в расстрельных списках было более 2/3 рабочих, колхозников, домохозяек, единоличников, безработных.
 
— А по вашим данным, сколько людей пострадало в Беларуси?
 

— Есть полуофициальная цифра, которую привел Владимир Адамушко в своей книге «Палiтычныя рэпрэсii 20-50-х гадоў на Беларусi», изданной в 1994 году. Он называет цифру около 600 тысяч человек. Из них 250 тысяч было осуждено судебными и несудебными органами, и порядка 350 тысяч подверглось репрессиям в административном порядке. Эта цифра с 1993 г. не уточнялась, не менялась, хотя и после 1993 года продолжался процесс реабилитации, пересмотр дел.
 

Но на государственном уровне никто официально не озвучил, сколько же людей было репрессировано в Беларуси.
 

Я просчитывал по разным источникам. По моим данным, количество репрессированных никак не меньше 1 миллиона и может доходить примерно до 1,5 миллионов человек. Причем, речь идет о тех репрессиях, которые можно зафиксировать. А как быть с такого рода репрессиями, когда в школе на пионерской линейке клеймили позором того, у кого были арестованы родители как враги народа? Кого исключали или не принимали в комсомол или пионеры? Как быть с теми, кого увольняли или не принимали на работу, лишая права на труд, с теми, кого лишали избирательных прав? Это вообще не поддается исчислению.
 

В 1989 году был принят законодательный акт, связанный с реабилитацией репрессированных. В нем было дано определение понятия «репрессии». В него входят расстрел, тюремное заключение, содержание в колониях ГУЛАГа. Есть еще категория – дети врагов народа. Считается, если дети находились вместе с родителями в лагерях, они — жертвы репрессий и им полагаются минимальные льготы, а те дети, которых изымали из семей при аресте родителей и отправляли в так называемые детские дома НКВД, которые ничем от лагерей не отличались, не имеют права их получать. В прошлом году Ассоциация жертв репрессий 1920-1950-х гг. обращалась в Конституционный суд с просьбой пересмотреть это положение, но суд оставил его без изменений.
 
— Много ли в Беларуси мест захоронений жертв НКВД?
 

— По моим подсчетам в Беларуси расстрелы проводились примерно в 40 населенных пунктах. В крупных городах есть как минимум по 2-3 места расстрелов. В Минске – не менее восьми: в Куропатах, в районе Малого Тростенца, в парке им. Челюскинцев, на Кальварийском кладбище, в Лошице около автомобильной стоянки, в районе Дрозов на территории бывших дач ОГПУ и в районе Масюковщины, приблизительно через дорогу от памятника жертвам концлагеря. Памятные знаки стоят только в нескольких местах расстрела, и поставили их в основном в начале 1990-х годов. Наиболее известное место – Куропаты.
 
— Как увековечивалась в Куропатах память жертв репрессий на протяжении всех двадцати лет после открытия захоронения?
 

— С 1989 года в Куропатах началось создание народного мемориала. Там каждый год ставились кресты, потом была создана «Крыжовая алея» в центре, установлены мемориальные знаки, установлены были еврейский камень в память погибших, польский крест, лавка Клинтона… Основная тяжесть работ легла на Белорусский народный фронт, а после его распада – на Консервативно-христианскую партию БНФ. В увековечении памяти жертв репрессий принимали участие Ассоциация жертв репрессий, Минское общественное объединение «Дыярыуш», отдельные неравнодушные граждане.
 

Члены Международного историко-правозащитного общества «Мемориал» установили пять мемориальных знаков на захоронениях, где в ходе эксгумаций 1988 и 1998 годов были обнаружены останки жертв. К слову, 29 октября в день памяти жертв политических репрессий, который на общественном уровне отмечается второй год, будет установлен шестой знак на захоронении 52 жителей Западной Беларуси, которые были расстреляны после 19 сентября 1939 года.
 

Государство в 1989 году установило камень с мемориальной доской, на которой было написано, что на месте камня будет установлен памятник. Но больше государство ничего не сделало, чтобы увековечить память трагически погибших людей; памятника нет и поныне.
 

С середины 1990-х годов события стали развиваться по печальному сценарию: если сначала акты вандализма были единичными, то после 1996 года вандалы в Куропатах активизировались, притом, действовали довольно избирательно. В последние 10 лет десятки крестов были уничтожены, скамья Клинтона была не раз осквернена, «Крыж Пакуты», который стоял с 1988 года, дважды был поломан. Последние 10 лет Куропаты являются местом боя, по-другому не могу сказать. Одни люди созидают, другие уничтожают память о тех, кто погиб, и чьи останки здесь покоятся.
 

С каждым годом все меньше людей приходит в Куропаты в траурные дни. Но, я думаю, нельзя определять значимость мероприятия количеством присутствующих. Пока хоть кто-то сюда будет приходить, память о невинно погибших людях будет жива. А если об этом будут писать, будет жива тема репрессий. Это дает надежду, что нынешняя молодежь не повторит ошибки своих дедов и прадедов, потому что будет знать о реальной кровавой цене этих ошибок.
 
Справка «Завтра твоей страны»
 

Общественные слушания “Преступления сталинизма в Беларуси” проводились в Минске в 2006-2008 годах. 28 октября в 17.00 в Управе БНФ общественный трибунал на основании материалов слушаний, документов государственных и личных архивов, материалов архивно-следственных дел репрессированных, свидетельских показаний пострадавших и очевидцев собирается вынести обвинительное заключение преступлениям сталинизма в Беларуси.
 

Во время мероприятия также пройдет презентация портала Леонида Морякова, на котором размещена информация о 20 тысячах репрессированных. Также будет показан фильм «Курапаты: дарога сумлення» режиссера Галины Самойловой. Автор сценария Игорь Кузнецов.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *