В наших поликлиниках слово «диспансеризация» пока звучит как «профанация»

С начала этого года много говорят об инициированном Министерством здравоохранения диспансерном наблюдении взрослого населения страны (постановление № 92 от 12.10.2007). Разговоры, что называется, в тему, ведь нынешний год объявлен Годом здоровья. Вот корреспондент «Белорусских новостей» и решила сходить в поликлинику по месту жительства и попробовать пройти диспансеризацию.

В наших поликлиниках слово «диспансеризация» пока звучит как «профанация»Зачем мне искусственная слеза, если натуральных достаточно?

Свою поликлинику я игнорировала лет десять, а два года назад решила воспользоваться правом на бесплатное медобслуживание. Дело было летом: кто на даче, кто в отпуске. Без проблем взяла талончики к окулисту, хирургу и лор-врачу. На прием у окулиста отводилось минуты 4. Я пожаловалась на «плоховато вижу, болят глаза, слезятся от ветра и солнца». Почитала буквочки. Доктор сказала, что для быта зрения у меня достаточно, а глаза болят, так как от компьютера отдыхать надо, капельками пользоваться — и выдала мне три ярких листочка. Дома я прочитала от чего лечат эти капельки. Ни одного моего симптома! Я понимаю, что за раздачу ярких листочков доктор получает копеечку. Но зачем мне искусственная слеза, если натуральных достаточно?

Юный лор-врач почти весь прием нежным шепотом разговаривал по мобильному телефону, мною занималась медсестра. Нам, право, было неловко присутствовать при его разговоре с милашкой.

Такой же юный хирург сам правильно поставил диагноз и выдал направление в специализированную клинку. Ценность направления в том, что оно дает право на бесплатную консультацию.

Через месяц после посещения районного окулиста я пошла на прием к платному, в медцентр. Там на одного пациента отводится 30 минут. И все это время доктор занималась мной. Кроме чтения буквочек, смотрела глаза через микроскоп, измеряла внутриглазное и артериальное давление, задавала много вопросов, казалось бы, далеких от глаз. От доктора я вышла в хорошем настроении, с рецептами на очки и лекарства. При этом никаких ярких бумажек она мне не предлагала. Когда же впервые посмотрела на мир через стекла очков, тогда я поняла, как мне не хватало зрения как раз для быта…

Вот с такими воспоминаниями о районной поликлинике я пошла выполнять редакционное задание.

Кто ж нам поверит, что вы проходили диспансеризацию?

В регистратуре мою тонюсенькую карточку найти не смогли. К слову, не каждый медрегистратор знает о диспансеризации. Карточку завели новую. С ней я пошла в доврачебный кабинет. Очередь — человек тридцать. В этот кабинет идут, к примеру, за справками в бассейн, для медкомиссии и по всяким мелким вопросам. Старики в массовом порядке приходят измерять давление. Колоритная бабуля, увидев очередь, скомандовала: «Пошли дед, сегодня давление измерять не будем, много народу».

И тут мне несказанно повезло: открылся второй доврачебный кабинет. В него и перекочевал хвост очереди. Итак, через 25 минут с момента появления в поликлинике, я захожу в кабинет фельдшера. Говорю, мол, хочу пройти добровольную диспансеризацию.

— Это хорошо, — говорит фельдшер.

И тут же сетует:

— Но у меня нет бланка.

— Мне-то все равно: с бланком или без, но я хочу проверить свое здоровье.

— Так-то оно так, только кто ж нам потом поверит, что вы проходили эту диспансеризацию?

— А кто вам должен поверить?

— Мы за каждого из вас должны отчитаться перед министерством.

Фельдшер выписала мне направления на анализы, флюорографию и посоветовала: если не кушали — бегите, может, кровь успеете сдать. Потом вернетесь, а я тем временем найду бланк.

И тут мне повезло! За 10 минут до окончания приема анализов в кабинетах было пусто. Один раз уколов палец, сдала два анализа!

Возвращаюсь в доврачебный. Фельдшер остановила в коридоре некую начальственную даму и сказала, что пациентка пришла на диспансеризацию, надо бы бланк и талончик на кардиограмму.

Начальство полюбопытствовало: на какую такую диспансеризацию? Фельдшер устало ответила: на добровольную. Бланка она так и не смогла добыть, зато талончик на ЭКГ выдала. Правда, никто не стал интересоваться, удобно ли мне сегодня в 17.40.

Утром я еще успела сделать флюорографию. Итого в первой половине дня провела в поликлинике 1.10 минут.

Из разговоров пациентов перед кабинетом ЭКГ я поняла, что талончик получила практически «на халяву». Сам кабинет вверг меня в уныние: на стене кое-где отвалилась краска, сняв обувь, надо босиком мчаться по холодному линолеуму. Кушетка и аппарат уже в заслуженном возрасте. В кабинете прохладно и слегка начинает колотить… Ожидание и сам процесс заняли всего 20 минут. А еще ведь назад добраться надо, благо, мой дом и поликлиника на одной линии метро.

Направление к кардиологу надо заслужить ценой сильного нездоровья

фото из архива

фото из архиваДней через десять собралась к участковому терапевту. Но для начала в регистратуре не смогли найти мою карточку. Ох, как я скандалила! Я-то надеялась, что в ней уже есть результаты исследований. А мне как раз ЭКГ нужна на руки. Впрочем, в регистратуре висит грозное объявление, что на руки карточки пациентам не выдаются, а только по запросу следственных органов, судов и прокуратуры, а также вышестоящих органов здравоохранения. Вот оно как! Состояние моего здоровья от меня же тайна!

Возле кабинетов терапевтов люди подпирали стенки, потому что особо культурные сограждане не знают о назначении гардероба, и их куртки, шубы и дубленки возлежат на кушетках.

Мне снова повезло. Вот именно в этот момент к моему участковому доктору не было ни души. Начала я с претензий: где моя карточка? Утешили: нарисовали новую. К счастью, результаты всех исследований накапливаются в кабинете терапевта. Медсестра быстро их нашла. Оказалось, все у меня прекрасно.

— А кто будет составлять таблицу оценки риска сердечно-сосудистых заболеваний? — спросила у терапевта.

— Я, — просто ответила доктор.

Вредных привычек, как-то курение и употребление алкоголя, у меня нет. А вот давление и вес несколько выше нормы. Да и по наследственному признаку есть проблемы: отец скоропостижно скончался от острой сердечной недостаточности, имея такую же хорошую кардиограмму и нормальное для своего возраста артериальное давление. На этом основании я думала, что заслуживаю направления к кардиологу. Оказывается, нет. Вот еще надо сделать биохимический анализ крови, и если там будут не лучшие показатели, вот тогда…

Я понимаю: доктор скована инструкциями, а человеческий организм в них рассматривается как некий неживой механизм: пять деталей «полетело» — в ремонт, а если три — то как-нибудь проскрипишь. С моей же обывательской точки зрения, больше одного фактора — уже надо лечить, а не профилактировать.

Далее я презентовала доктору результаты УЗИ от платного эндокринолога с не самым оптимистичным диагнозом. Их молча подклеили в карточку. Я пожаловалась, что отекают веки, мне посоветовали посетить окулиста.

— Может, вам уже и очки надо, — резонно заметила доктор.

— Так есть уже, только не здешний врач мне их выписал.

Участковая понимающе кивнула…

Я попросила результаты ЭКГ: на платной основе пойду в солидное госмедучреждение сгонять свой лишний вес, так требуют кипу справок. К счастью, результаты исследований доктор отдала мне без всяких вопросов.

Наше здоровье в наших руках и кошельках

Еще через недельку я выбралась сдать биохимический анализ крови. Вспомнив, как в прошлый раз успела все за 10 минут до окончания приема, теперь приехала к 8.40, то бишь за 20 минут. Очереди конца-края не видно. В 9.00 вышла медсестра, спросила, кто последний, забрала у него направление и велела больше не занимать. В 9.50 я сдала кровь, за мной оставалось еще пять человек. Причем одна дамочка упросила «последнего»: а можно я, как бы, буду перед вами. Он не возражал.

Провести в районной поликлинике больше часа на одном пятачке — еще то испытание. Бесконечное выяснение, кто больнее, кому нужнее и срочнее. Опять же, куртки-пальто. Дышать тяжело. К счастью, мобильники молчали или население собралось нетелефонизированное. Один только начальственного вида дядя проводил по телефону планерку.

Перед выходом из поликлиники я изучила список платных услуг. Кроме УЗИ и других исследований, предлагались консультации терапевтов и узких специалистов за 2050-2500 рублей, а также врачей 1-й и 2-й квалификационной категории, но уже за 9-10 тысяч рублей. Среди физиопроцедур увидела подводный душ-массаж. Классная вещь! Спрашиваю в регистратуре: надо ли направление, как записаться. Мне отвечают: завотделением сейчас нет, есть только старшая медсестра, а в водолечебнице все равно никого из медперсонала нет. Вот такая недоступность платных (!) услуг.

И напоследок о якобы бесплатных услугах. Заявлено, что в 2008 году бюджетные расходы на охрану здоровья на одного жителя страны составят около 502,7 тыс. рублей. Только видим ли мы эти деньги, состоящие из наших же налогов? Раз уж чиновники по итогам диспансеризации хотят завести паспорта здоровья, так пусть бы к ним и прилагались лицевые счета. Использовала я за год 200 тысяч из бюджетных денег. Замечательно. Оставшиеся 300 имею право потратить на оплату путевки в санаторий, бассейн, фитнес. Или пусть бы неиспользованные деньги накапливались, как и неизбежно накапливаются болезни в старшем возрасте. Вот тогда-то и можно бы их использовать, чтобы лечиться с комфортом, а не подпирать стены в районной поликлинике с мольбою в глазах: даст доктор направление в стационар или нет. Потому что рассчитывать на серьезное лечение в условиях поликлиники я бы не рискнула.

Вообще, мой эксперимент полностью подтвердил слова фельдшера о том, что диспансеризация проводится ради отчетов, пресловутой галочки. А наше здоровье исключительно в наших руках и отчасти — в кошельках.

Через три недели («Таковы возможности диспансеризации», — едко заметила участковая) я позвоню ей, чтобы узнать результаты биохимии. Какими бы они не были, пойду на прием к кардиологу. К платному. По рекомендации знакомых врачей. И к окулисту уже пора — тому, который много вопросов задает.

Уходя из поликлиники, столкнулась с врачами «скорой», уводившими под руки женщину лет 50. Это ж в каком состоянии человек пришел в поликлинику, чтобы приняли решение о немедленной госпитализации. Допрофилактировались!

P.S. Номер поликлиники не указан, дабы врачи не получили нагоняй за откровения с пациентами. К слову, свою профессию в поликлинике скрываю, а то есть печальный опыт, когда поднимается невероятная суета вокруг «непростой пациентки».

И самое главное: автор не охаивает ВСЮ систему здравоохранения. Людям в белых халатах есть за что сказать спасибо, особенно тем, кто трудится в стационарах. Что же касается поликлиник и, в частности, диспансеризации, то пока это выглядит не более чем популистской акцией по случаю Года здоровья.

При профилактическом осмотре проводятся исследования:
18-29 лет: измерение АД, индекса массы тела (ИМТ), общий анализ крови, мочи, глюкоза крови (по показаниям), флюорография, осмотр врача-гинеколога и молочных желез (для женщин).
30-39 лет: измерение АД, ИМТ, общий анализ крови, мочи, глюкоза и холестерин крови (по показаниям), ЭКГ, осмотр врача-акушера-гинеколога и молочных желез (для женщин), флюорография.
40 лет и старше: измерение АД, ИМТ, общий анализ крови, мочи, глюкоза и холестерин крови, оценка риска сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) по таблице SCORE, измерение внутриглазного давления, ЭКГ, осмотр врача-акушера-гинеколога и молочных желез (для женщин), исследование предстательной железы (для мужчин), флюорография.
По результатам исследований определяется принадлежность гражданина к группе диспансерного динамического наблюдения:
Д І — здоровые граждане, не предъявляющие жалоб на состояние здоровья, у котрых в анамнезе или во время диспансерного осмотра не выявлены острые, хронические заболевания или нарушения функций отдельных органов и систем организма, а также имеющие незначительные отклонения в состоянии здоровья (без тенденции к прогрессированию), не оказывающие влияние на трудоспособность.
Д ІІ — практически здоровые граждане, имеющие в анамнезе острые заболевания или факторы риска хронических заболеваний.
Д ІІІ — граждане, имеющие хронические заболевания, с умеренными или выраженными нарушениями функций органов и систем организма, с периодическими обострениями и снижением работоспособности, кратность диспансерных осмотров которым определяется в соотвествии с примерной схемой диспансерного динамического наблюдения.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *