ВЕЛИКАЯ БЕЛОРУССКАЯ СТЕНА


В некоторых белорусских школах с начала нового учебного года начнут изучать китайский язык, а к 1 декабря 2006 г. в Минске планируется открыть Институт китаеведения имени Конфуция. Делается это, по данным государственных источников, «для научного обеспечения деятельности Беларуси в Восточной Азии».
 
В Минске рассчитывают, что Китай, ведущий все более активную внешнюю политику, едва ли не в одиночку закроет большую брешь во внешнеэкономических связях Беларуси, которую Запад старается максимально изолировать от внешнего мира. Китайский вектор внешней политики Минска выглядит особенно актуальным после резолюции ПАСЕ, где речь идет о прекращении выдачи виз большому числу высокопоставленных чиновников Беларуси, о замораживании банковских счетов и других финансовых активов Лукашенко и его окружения. Китай – «страна с полуторамиллиардным населением, это страна, в которой гигантскими масштабами развивается экономика, – констатирует нт Александр Лукашенко. – И… пока мы с Китаем имеем… блестящие отношения, мы просто не можем быть изолированы».
 
Тем более что поддержку удается находить по самым сложным вопросам: в прошлом году накануне референдума о третьем сроке Лукашенко Китай устами Цзян Цзэминя открыто заявил о поддержке Беларуси. «Белорусское руководство выбрало правильный курс развития страны. Именно поэтому в Беларуси отмечаются политическая стабильность, общественное согласие, наблюдается экономический подъем, повышение уровня благосостояния народа», – с удовольствием цитирует пресс-служба Лукашенко слова члена постоянного комитета политбюро ЦК Компартии, председателя Центральной комиссии по проверке дисциплины КПК У Гуаньчжэна, побывавшего в Минске осенью прошлого года.
 
Основа союзничества у Китая и Беларуси действительно есть, это подтверждают даже представители оппозиции. Обе страны стремятся к ограничению политических свобод своих граждан и нацелены на экономическое развитие под чутким руководством государства. При этом, парируя критику либералов, и в Пекине, и в Минске объясняют жесткий госконтроль особенностями «переходного периода» от сугубо плановой экономики к рыночной, не отвергая идеалов последней. «У нас с Китаем нет проблем в области внешней политики, у нас нет проблем в области культуры, образования, науки, у нас вообще нет никаких в этих сферах проблем, – характеризует двухсторонние отношения все тот же Лукашенко. – И у них, и у нас проявились такие особенности переходного периода, как регулирующая роль государства, принцип эволюционности преобразований, создание сильной и эффективно действующей вертикали государственной власти, четкая система законодательства, обеспечивающая общность интересов государства и каждого его гражданина в отдельности, бережное сохранение того хорошего, что было создано ранее, а не бездумное его разрушение».
 
Разумеется, сближение с Китаем приносит Минску не только моральные дивиденды. В растущей китайской экономике есть свободные капиталы, которые могут быть инвестированы в белорусские предприятия. Администрация Лукашенко рассчитывает, что Китай, «как огромный бульдозер, зацепит белорусскую экономику и потащит за собой». Если судить по итогам декабрьского официального визита Лукашенко в Пекин, то эффект действительно возможен: договоры между субъектами хозяйствования двух стран заключены на общую сумму 500 млн. долл. Кроме того, в Пекине обещают предоставить Беларуси кредиты под конкретные проекты с лимитом около 1 млрд. долл. Речь идет в первую очередь о развитии телекоммуникационных сетей и наукоемких технологий, в том числе космических (во время визита в Китай белорусский правитель был допущен в святая святых – Академию космической техники). Кроме того, китайские бизнесмены намереваются создать в Беларуси совместные предприятия в области торговли металлопрокатом, приборостроения и др. Минск, в свою очередь, рассчитывает создать в Китае СП с участием крупных белорусских заводов (БелАЗ, МАЗ, МТЗ, БМЗ).
 
В чем можно действительно не сомневаться, так это в том, что китайская экспансия вырастет в гуманитарной сфере. С 2005 года Китай внес Беларусь в свой реестр туристических ресурсов, а это значит рекомендовал страну для посещения. Белорусские туристические компании уже начали дублировать свою рекламу на китайском языке. Беларусь готова предложить китайским партнерам развивать соответствующую инфраструктуру в республике: строить гостиницы, базы отдыха и другие объекты, услугами которых смогут воспользоваться туристы из КНР. В Пекине удалось договориться о том, что к предстоящей Олимпиаде Китай поделится с Беларусью своими методиками подготовки спортсменов. Количество китайских студентов в белорусских вузах планируется увеличить в несколько раз. Мало того, в вузы, где будут учиться китайцы, в Пекине готовы инвестировать средства.
Любопытно, что сближение с Китаем – почти единственная крупная инициатива Лукашенко, которая не вызывает отторжения у оппозиции. «Критиковать такое положение вещей неразумно, ведь это инвестиции, технологии,– сказал «НГ» шеф пресс-службы Милинкевича Сергей Возняк. – Но мы озабочены однобокостью вектора внешнеэкономической политики. Слишком узок круг государств, с которыми Беларусь поддерживает хорошие отношения. То, что сегодня делает Милинкевич (встречается с лидерами европейских государств, международными европейскими организациями), по сути, должен делать президент. Но его ведь никуда не пускают».
 
По мнению сторонников А.Милинкевича, когда власть в Беларуси сменится, отношения с Китаем станут еще лучше. Хотя бы потому, что они не будут так политизированы.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *