Шизофрения

Международные правозащитники говорят о непоследовательности белорусских властей в вопросе отмены смертной казни, сравнивая ситуацию с введением моратория с шизофренией.
 

10 октября в Европе отмечается День против смертной казни. Заместитель руководителя отдела «Европа и Центральная Азия» «Международной амнистии» Андреа Хубер в интервью Deutsche Welle оценила ситуацию со смертной казнью в Беларуси и рассказала, что предпринимает организация для отмены этой меры наказания в стране.
 
— Ваша организация постоянно отслеживает ситуацию в Беларуси относительно применения в ней смертной казни. Есть ли какие-то признаки того, что мораторий на смертную казнь вскоре будет введен?
 
— Ситуация вокруг введения моратория на смертную казнь в Беларуси похожа на шизофрению. С одной стороны, есть позитивные сдвиги, например создание в белорусском парламенте рабочей группы по изучению проблематики смертной казни, а также готовность вести диалог для решения вопроса о введении моратория.

Но с другой стороны, когда речь заходит об отмене смертных приговоров в конкретных случаях, можно наблюдать негативную тенденцию. Как известно, два человека были казнены в марте 2010 года. Кроме того, кассационные жалобы еще двух приговоренных Верховный суд отклонил, и еще один человек пытается обжаловать приговор.

Все больше стран мира отказываются от применения смертной казни в качестве меры наказания. И «Международной амнистии» совместно с другими правозащитными организациями удалось многого добиться в этой сфере. Конечно, нам хотелось бы, чтобы Беларусь поскорее решилась на введение моратория и затем на отмену смертной казни.

— Обосновывая свое нежелание ввести мораторий, белорусские власти ссылаются на общественное мнение в стране. Следует ли руководствоваться только мнением населения при решении таких вопросов?

 Нельзя основывать такие решения на результатах опросов общественного мнения. На ситуацию могут повлиять, в конце концов, только сами политические лидеры. Они способны провести разъяснительную работу среди населения и показать, что казнить людей — это негуманно.

Кроме того, смертная казнь не помогает эффективно бороться с преступлениями. И ситуация в других странах подтверждает успехи такой разъяснительной работы. Поэтому объяснять отказ ввести мораторий общественным мнением — это не оправдание.

— Существуют ли у Европы еще какие-либо инструменты давления на белорусские власти, чтобы те ввели мораторий?

— Как известно, применение смертной казни не позволяет Беларуси стать членом Совета Европы. Поэтому те белорусы, которым выносятся смертные приговоры, не могут обращаться в Европейский суд по правам человека. Единственная инстанция, куда они могут обратиться — это Комитет по правам человека ООН.

Но, к сожалению, как показали случаи применения смертной казни в марте этого года, белорусские власти не принимают во внимание тот факт, что жалоба находится на рассмотрении в комитете. Комитет обращался к Минску с просьбой не приводить приговоры в исполнение до вынесения рекомендаций этой инстанцией, но просьба не была услышана.

Набор инструментов для легального давления европейской общественности на белорусские власти очень ограничен. И даже те меры, которые применяются, ими игнорируются.

— А как ваша организация способствует решению вопроса об отмене смертной казни в Беларуси?

— «Международная амнистия» — это в первую очередь исследовательская организация. Мы изучаем каждый случай в отдельности, следим за развитием ситуации и публикуем информацию. Это особенно важно, поскольку исполнение смертных приговоров в Беларуси держится в секрете. Мы пытаемся привлечь внимание международной общественности к этой проблематике. Также мы сотрудничаем с неправительственными организациями в Беларуси и помогаем им в попытках повлиять на общественное мнение в стране.

Недавно наша представительница Хизер Макгилл побывала в Беларуси и провела встречи с различными общественными организациями, а также с представителями православной церкви. Церковь, как моральная и духовная инстанция, занимает в белорусском обществе важную позицию, поэтому мы считаем, что она может повлиять на отношение белорусов к смертной казни. Макгилл отметила заинтересованность со стороны представителей церкви и желание сотрудничать в решении этого вопроса. Посмотрим, к чему это приведет дальше.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *