Минута славы для кроликов

Минута славы для кроликов
А давайте для эксперимента предположим, что Сергею Парсюкевичу и Андрею Киму вынесены справедливые приговоры. Ведь трудно поверить в то, что в судьи берут только слепых и глухих, категорически не способных отличить правду от лжи.
 
Вдруг судьи и в самом деле всерьез и профессионально отнеслись к рассмотрению дел Парсюкевича и Кима, а мы их обвиняем облыжно?.. И вот что у нас получится.
 
Сидит себе прапорщик Дулуб на посту и, как булгаковский Бегемот, не шалит, никого не трогает, починяет примус и считает своим долгом предупредить, что прапорщик – древнее и неприкосновенное животное. На вверенном объекте – тишина и покой, арестанты тихо исправляются по камерам. Внезапно распахивается дверь, вбегает заключенный Парсюкевич и начинает избивать ни в чем не повинного Дулуба. Дулуб отползает в угол и зовет на помощь. Прибегает подкрепление в виде свидетеля Якимчика, и только вместе, в едином порыве, им удается надеть наручники на терминатора Парсюкевича и отправить его назад в камеру исправляться.
 
Затем потерпевший Дулуб пишет рапорт начальству или заявление в прокуратуру – жанр не так важен. Кроме суровой кары для опасного преступника, Дулуб требует содрать с Парсюкевича денег за моральный ущерб: ему с синяками неудобно войти в автобус, ведь пассажиры могут подумать, что он – хулиган, а это как-то стыдно. Чувство стыда перед пассажирами требует немалой денежной компенсации.
 
С Андреем Кимом все еще проще: шел себе в колонне демонстрантов, стало скучно, захотелось поразвлечься. Мимо мирно проходил сотрудник ГАИ Сычев. Тоже, как и Дулуб, по дороге никого не трогал и починял примус. А тут, как на грех, отморозок Ким откуда-то возник – да и врезал со всей дури. А то, что на видеозаписи жреца полосатой палочки Сычева бьет коллега по обмундированию, — так это мираж. В пустыне еще и не то иногда пригрезится. И справедливо судьи поступили, что отправили в тюрьму «отморозков», — кажется, людей, которые выходят на площадь, белорусское телевидение называет именно так. Правильно, кстати, называет: вышли, избили ГАИшника, потом сели в тюрьму, а там еще и вертухая измордовали. Поделом «отморозкам»!..
 
В общем, если поверить потерпевшим и судьям, то получается полный бред. Так что эксперимент не удался. И робкое предположение, что судьи, может быть, все-таки не слепы и не глухи, оказалось неверным. Значит, все прошло, как обычно, по отработанному сценарию. Правда, в этом сценарии появились новые сюжетные ходы и новые актеры.
 
Раньше милиционеры выступали на всех судах в качестве свидетелей и послушно бубнили, как оппозиционер Н. ругался матом на улице, а оппозиционер К. вышел на проезжую часть и помешал дорожному движению. После чего Н. и К. отправлялись на 15 суток, а свидетели – на пиво. Но теперь концепция шоу изменилась. То ли режиссеры этого погорелого театра решили, что 15 суток – маловато для оппозиции, и сажать нужно всерьез, потому что, выйдя из тюрьмы, эти непонятные люди почему-то снова выходят на площадь, то ли милиции надоело быть толпой одинаковых статистов, чьи лица и фамилии никто никогда не узнает, и захотелось настоящих ролей, которые сделают их всех знаменитыми, — пусть даже на минуту. А может, порывы режиссеров и массовки просто совпали во времени, но в результате ментам наконец начали давать настоящие роли – роли потерпевших. А это уже не «кушать подано» («Н. нецензурно выражался»), а большая роль с текстом, и не с одним выходом, а почти главная. Для этого нужен минимум: наябедничать, будто бы тебя избил оппозиционер.
 
И если в дебютных спектаклях сыграли Дулуб с Сычевым, то генеральной репетицией можно считать тот пикет 7 июля 2005 года, когда омоновец ударил Светлану Завадскую. Ей тогда отказали в возбуждении уголовного дела, поскольку он будто бы только оборонялся, а именно она, Завадская, нападала. Правда, это была всего лишь репетиция теперешних процессов, и поэтому Светлану Завадскую не стали судить за нападение на милиционера. Зато фотографию заплывшей физиономии того омоновца растиражировали и опубликовали все, кто мог. Это наверняка была его минута славы. Может, и на улицах узнавали. И шептали друг другу: «Смотри, это тот козел, что женщину на площади ударил!» Ему наверняка казалось, что это намного интереснее, чем безвестность. Теперь вчерашние статисты вышли наконец на авансцену и сполна насладились успехом. Теперь всякий знает, как выглядит Дулуб. И садиться в автобус, в который было будто бы стыдно входить с синяками, теперь ему будет просто страшно: вдруг узнают да и наваляют сполна? Но за славу нужно платить – это знает каждый.
 
Правда, дебютанты еще не поняли, что они за свою минуту славы заплатили слишком дорого – утратой всех признаков пола. Потому что мужчина, даже если его действительно ударит другой мужчина, не побежит ябедничать в прокуратуру или в суд, а даст сдачи. И уж тем более не соврет, будто бы его, беззащитного, побили, а он, при табельном оружии, дубинке и прочих атрибутах, скромно уполз в норку и оттуда пожаловался начальству. Мужская гордость не позволит сочинять о себе такое — засмеют ведь. Свои же – в первую очередь.
 
Мужчину делает мужчиной вовсе не способность к воспроизводству, а смелость. Та самая, от которой с легкостью отказались Дулуб с Сычевым, не понимая, что вместе с ней отказываются от собственной половой принадлежности. Та самая, которая заставляет не врать, не писать доносы, а вступать в открытый честный бой и выяснять отношения без посредников. У кроликов, кстати, бешеная способность к воспроизводству. Но кролики от этого не становятся мужчинами.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *