Демократизация Беларуси для Запада — цель, для Лукашенко — средство

Расхожая оценка разгона властями акции на юбилей БНР и «зачистки» независимых журналистов из уст пострадавшей стороны: якобы Лукашенко в истерике от американских санкций против «Белнефтехима», а потому резко-нервно закончил игры в либерализацию-демократизацию. Да, белорусский президент предостаточно делает заявлений и предпринимает действий на эмоциях, в том числе негативных. Однако в контактах с Западом, а события 25 и 27 марта — это явно продуманное рикошетное послание ЕС и США, вырисовывается определенная тактика. Просто лимит на демократизационные шаги у официального Минска исчерпался. По крайней мере, на нынешнем этапе.

Или Александр Лукашенко собрал все свои нервы в кулак, когда 27 марта на совещании, посвященном вопросам реализации договоренностей, достигнутых во время визитов на высшем уровне в государства Персидского залива, весьма спокойно рассуждал о геоэкономическом разрешении последствий американских санкций? Напомним, глава государства заявил, что потери от них могли бы быть компенсированы диверсификацией экспорта.

А неделей ранее по смыслу то же самое, но только еще и о политике, Лукашенко говорил в интервью австрийской прессе: «Думаю, в ближайшее время при таком массированном давлении Запада на Беларусь, наши отношения с Россией будут еще теснее».

В общем, белорусские власти демонстрируют, что комплекса политико-цивилизационной неполноценности у них нет. А потому тактика в отношениях с Западом, о которой мы упомянули выше, проста, как действия спецназа во время уличных акций оппозиции — можем не бить, а можем и бить. Первое было во время осеннего Европейского марша, второе — несколько дней назад.

Психолого-политическая основа этой тактики взаимоотношений с Европой и США зиждется на следующей реалии: коль Россия не выдаст, то и Запад не съест. И впрямь, это куда более надежный вараинт, нежели уповать на то, что Запад не выдаст — Россия не съест.

Отпуская одного за одним оппозиционеров какое-то время назад, давая демократам относительную уличную вольницу, позволяя устроить офис Еврокомисии в Минске, белорусские власти демонстрировали, что они а) способны вести диалог, б) в принципе, демократизироваться. В общем, можем быть демократами, а можем не быть. Конечно, второе естественнее для нашей страны, но и первое не чуждо, если надо…

И Европа все с большей надеждой думала так, как говорят учителя в школе родителям нерадивых учеников: мальчик хороший, может, но не хочет учиться. Но если побещать не наказывать и предоставить какие-то выгоды, то…

Изображение демократизации закончилось как-то быстро. Но это не только из-за чувства несправедливости: мол, мы вам вон сколько всего, а вы нам ничего, да еще и санкции расширяете!

Просто безопасные уступки закончились: ага, может, вам еще ключи дать от тюрьмы, где Козулин сидит?

Время набирать новые козыри, которые можно будет сбрасывать, выдавая за демократизационные реверансы в ожидании западных индульгенций!

Демократизация Беларуси для Запада — цель, для Лукашенко этот процесс стал средством. Но то, что белорусский президент пытается вот так маневрировать, пусть совсем не тонко, западные политики уже могут посчитать за свое достижение.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *