Демократия с президентским акцентом

Республика Беларусь – суверенное, правовое, демократическое государство — на этом настаивают штатные идеологи. Подобная риторика особенно усиливается перед разного рода политическими кампаниями, например, накануне парламентских выборов. Попробуем, однако, предложить читателям свою точку зрения по вышеназванным вопросам.
Одним из важнейших признаков правового государства является реализация принципа разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, которые сдерживают и уравновешивают друг друга. Этот тезис не оспаривают даже официальные идеологи. Другое дело, что в нашей стране реализация принципа разделения властей имеет свои особенности. После принятия новой редакции Конституции на референдуме 1996 г. глава государства – президент – получил поистине царские полномочия, позволяющие ему контролировать все ветви власти. Родилась даже новейшая белорусская государственно-правовая теория, гласящая, что президент в нашей стране не принадлежит ни к какой ветви власти, а является стволом, из которого и произрастают ветви законодательной, исполнительной и судебной властей. Дерево белорусской государственности в итоге получилось довольно уродливым: мощный ствол, на котором расположены чахлые веточки, вернее, сучки.
 
Законодательная власть традиционно считается основной – ведь законы, по идее, должны регулировать самые важные аспекты общественной жизни и устанавливать правила деятельности для остальных ветвей власти. Поэтому неудивительно, что в цивилизованных странах законы издаются коллегиальными органами – парламентами, избранными народом.
 
Парламент в Беларуси имеется и даже как бы избирается народом. Впрочем, реальная сила этого органа минимальна. Любой закон, принятый парламентом, может быть отвергнут президентом. Причем глава государства может отвергнуть как закон в целом, так и отдельные его статьи.
 
Преодолеть президентское вето можно двумя третями голосов каждой из палат парламента. Но если нижняя палата избирается непосредственно народом (о процедурах говорить не будем), то часть членов верхней палаты президент назначает непосредственно, а избрание оставшихся может эффективно контролировать. Поэтому неудивительно, что преодолеть президентское вето парламенту до сих пор не удавалось.
 
Впрочем, при желании президент может обойтись и вовсе без законов, что он демонстрировал уже неоднократно. Белорусская Конституция дает главе государства возможность издавать декреты и указы, имеющие большую, чем законы, силу. Выше президентских актов только сама Конституция, но за все время единовластного правления Александра Лукашенко (с 1996 года) ни один декрет или указ не был признан неконституционным.
 
Говорить о полномочиях правительства без грустной улыбки совершенно невозможно. Лучше всего их охарактеризовал сам А. Лукашенко, в одном из своих спичей заявивший, что решения в нашей стране принимает президент, а «дело правительства – крутить педали».
 
Судебная власть выглядит не намного лучше. Судьи в нашей стране назначаются и, самое главное, смещаются президентом, поэтому независимость их довольно своеобычна. В советские времена острословы говорили: «Суд независим и подчиняется только обкому». В современной Беларуси обкомы КПСС исчезли, поэтому читателям придется догадаться самостоятельно, кому подчиняется суд.
 
Принцип верховенства закона, являющийся необходимым в правовом государстве, трансформировался в нашей стране в принцип верховенства права. Отметим, что право – категория не формально-юридическая, а скорее философская, и о том, что такое право, спорят правоведы, философы и политологи. Закон же – понятие предельно конкретное, обозначающее нормативный акт, обладающий верховенством по отношению к другим видам нормативных актов и принятый верховным законодательным органом. Ничего удивительного в неприятии принципа верховенства закона белорусской системой нет: что делать в таком случае с указами и декретами президента?
 
Пожалуй, лучше всего у нас обстоит дело с суверенитетом. Традиционно носителем суверенитета и источником государственной власти в монархиях считается монарх, а в республиках – народ. В нашей республике, похоже, народ делегировал эту свою функцию «самому достойному» своему представителю. И суверенитета у нас теперь – хоть отбавляй.
 
Одной из основных гарантий суверенитета государства является международно-правовой принцип невмешательства во внутренние дела других государств. И этот принцип белорусские власти используют на всю катушку, давая гневные отповеди зарубежным «злопыхателям» и прочим недоброжелателям. Дескать, маленькая, но гордая нация сама внутри страны разберется, а посему, господа, отвалите…
 
Добавим в заключение, что в 2004-м году белорусский президент добился от народа права быть избранным неограниченное число раз, поэтому прелестями отечественной демократии мы, вероятно, будем впечатляться еще долго.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *