МАЛЕНЬКИЕ ХИТРОСТИ БОЛЬШИХ ВЫБОРОВ


Подготовка и проведение выборов даже в таком сравнительно небольшом по масштабам и весу в мире государстве, как Беларусь, – дело многогранное и сложное. Это заметно, например, если взять только два небольших фрагмента предвыборного периода. В то время, когда Владимир Путин фактически официально подтвердил на востоке, в Санкт-Петербурге, что Россия будет поддерживать Александра Лукашенко, на западе польский президент Лех Качински принял Александра Милинкевича и столь же официально заявил, что Польша поддержит оппозиционные демократические силы в стране. Как и столетия назад, Беларусь снова находится на линии политического противостояния Востока и Запада.
 

 
19 марта 2006 года выборы белорусского президента пройдут не только в Беларуси. С момента, когда наша страна стала независимой, в дипломатических и консульских учреждениях нашей страны открываются избирательные участки, предоставляя возможность для волеизъявления белорусским дипломатам и членам их семей, находящимся в момент выборов за рубежом, а также всем другим гражданам Беларуси, которые по каким-то причинам в день голосования находятся вне пределов своей страны и не могут проголосовать по месту жительства.
 

 
О выборах, которые организуются в белорусских посольствах и консульствах за границей, говорят и пишут мало. Это маленькие штрихи больших выборов. В силу ряда обстоятельств – сравнительно небольшая численность белорусской диаспоры, небольшое количество белорусских загранучреждений и т.д. – очевидно, что итоги голосования за границей вряд ли способны существенно изменить общую картину. И все же, думается, тему выборов за границей нельзя оставлять без внимания. Тем более, что здесь есть, о чем рассказать.
 

 
За всю историю белорусской независимости белорусским посольствам и консульствам организовывать голосование за рубежом приходилось уже достаточно. Это было в мае 1995 году, когда Александр Лукашенко объявил референдум по интеграции с Россией, легитимизации статуса русского языка, возвращении советской символики и другим вопросам. Затем в 1996 году был проведен всем известный референдум по изменению Конституции страны. В 2000 и 2004 годах были проведены выборы в парламент. В 2001 году – выборы президента, а в 2004 году за границей голосовали также за предложение Александра Лукашенко по снятию конституционных ограничений по срокам его пребывания у власти.
 

 
Почти никто всерьез не обращал внимание на итоги голосования и соответствующие отчеты посольств и консульств в 1995 и 1996 годах. У Министерства иностранных дел и Комитета государственной безопасности было много иных проблем – внутренних и внешних. В Минске приходилось усмирять Верховный Совет 13-го созыва, а во внешнеполитической области намечались признаки широкомасштабной изоляции.
 

 
Впервые на итоги выборов и отчеты посольств серьезно взглянули «честные» чиновники Александра Лукашенко в 2001 году, когда президентские выборы были завершены. Александр Лукашенко довольно «убедительно» победил, и пришло время «проанализировать», кто и как среди белорусских послов и консулов поработал для обеспечения победы белорусского диктатора.
 

 
Прямо скажем, отчеты посольств и консульств, содержавшие итоги голосования, были неоднозначны. Часть из них (например, Казахстан, Кыргызстан) содержали победные реляции в стиле отчетов Коммунистической партии Советского Союза. Но были и такие (в основном из западных стран), где картина была диаметрально противоположной. Хотя в таких западных странах, как, например, Великобритания или Швеция, в целом голосует немного белорусов, но итоги подсчета бюллетеней красноречиво свидетельствовали о том, что Александра Лукашенко не хотели видеть президентом Беларуси в 2001-2006 годах. Были и такие страны, где даже среди белорусских посольских и консульских сотрудников находились те, которые голосовал против Александра Лукашенко.
 

 
Здесь стоит сделать отступление и заметить, что период 2000-2001 годов стал этапом чрезвычайно подвижной кадровой политики в белорусском МИД. После назначения в декабре 1998 года Урала Латыпова на должность министра (а затем и вице-премьера) на должности послов и консулов было решено отправлять в основном сотрудников кадрового аппарата МИД. Замысел Урала Латыпова был понятен – кадровые дипломаты смогут более профессионально, со знанием дипломатического ремесла и языка, отстаивать интересы Беларуси за рубежом, чем это делали белорусские послы «первого поколения», состоявшие в основном из советской номенклатуры, имевшей весьма приблизительное представление о профессиональной дипломатической работе. В 2000-2001 годах, таким образом, послами и консулами уезжали довольно молодые люди, занимавшие должности среднего звена в аппарате МИД.
 

 
Сложно судить об общих итогах такой кадровой политики, но выборы 2001 года продемонстрировали, что некоторые послы «нового поколения» решились представить центру реальную статистику голосования в странах их пребывания. Через некоторое время после завершения выборов, по инициативе приближенных Александру Лукашенко спецслужб, в МИД началось тщательное разбирательство, некоторых послов отозвали, над другими нависла серьезная угроза отзыва. Впоследствии они все равно были отозваны, это был лишь вопрос времени.
 

 
В качестве наиболее яркого примера можно привести историю Валерия Садохо, который был назначен послом Беларуси в Великобритании после упразднения Министерства внешних экономических связей, где он занимал пост заместителя министра. После правдивых отчетов по итогам выборов он был отозван в Беларусь, где в течение длительного времени ему что-то пытались объяснить в весьма «туманных формулировках» представители КГБ, Администрации Президента и кадровой службы МИД. После периода унижений его, наконец, «амнистировали» и назначили на символический пост в системе МИД. То, что деятельность Садохо способствовала значительному увеличению товарооборота Беларуси и Великобритании (за счет договоренностей посредством россиян в Лондоне о покупке английскими фирмами белорусских нефтяных полуфабрикатов), во всех властных конторах «забыли».
 

 
Опыт «опальных послов» получил широкий резонанс в системе МИД. Реакция была различной, некоторые послы не сдерживались и посмеивались над своими правдивыми коллегами, цинично заявляя о том, что они направили в белорусский МИД «не реальные, а нужные результаты».
«Нужные» – значит, фальшивые.
 

 
Нельзя, однако, расценивать вышесказанное как попытку поставить под сомнение профессиональную пригодность и достоинство людей, работающих во внешнеполитическом ведомстве. Многие из них – бесспорно, профессионалы высокого уровня. Склонность к фальсификации выборов – специфическая черта ведь не только МИД. Гораздо более опасным представляется сегодня то, что накануне 19 марта 2006 года в вузах выстраиваются студенческие очереди, чтобы поставить свою подпись за Лукашенко из-за опасения потерять место в университете или институте. Ректоры высших учебных заведений Беларуси, испуганно напоминающие своим подчиненным: «Вы не забыли судьбу Козулина?», в чем-то подробны белорусским дипломатам. Под их началом  молодежь, нацеленная на новизну, ищущая свежих идей и новых ощущений, вынуждена гасить свои устремления в закрытом обществе патриархальных традиций, цинизма и нигилизма, построенном белорусским диктатором за годы своего пребывания у власти.
 

 
Министерство же иностранных дел – в силу своих функций – должно делать страну более открытой миру. В реальности в результате политики Александра Лукашенко большинство белорусских дипломатических и консульских сотрудников занимают оборонительные позиции у стен «осажденной крепости» и вместо настоящей работы ограничиваются тем, что время от времени «огрызаются» в адрес той или иной страны.
 

 
За время моего более чем десятилетнего периода работы в МИД Беларуси мне доводилось принимать участие во всех голосованиях. В 2001 году в Нью-Йорке я лично голосовал против Лукашенко. Я не считал, что это противоречит моему профессиональному этикету: голосование на выборах в моем понимании – это нечто большее, чем просто один из пунктов должностных обязанностей.
 

 
Судьба сводила меня с людьми, занимавшими дольно высокие посты в государственной иерархии Лукашенко. И, представьте себе, я видел, как менялись их взгляды, когда они становились послами, видели новый для них мир и начинали понимать, какая реально внешняя политика нужна Беларуси для ее успеха и процветания. Неудивительно поэтому, что, например, итоги выборов 2001 года в нашем консульстве в Нью-Йорке бывший тогда постпредом Беларуси при ООН Сергей Линг, в прошлом премьер-министр правительства Лукашенко, прокомментировал примерно так: «Около 30 человек в общем проголосовало «за» Лукашенко. Это хорошо: все белорусские дипломаты формально «вписываются» в это число – так что проблем не будет». Думается, даже старый функционер (а в то время дипломат в ранге посла) вполне понимал реалии абсолютной несовместимости избрания Лукашенко президентом и цивилизованной внешней политики Беларуси.
 

 
Чувство страха за свое будущее и будущее своих близких – именно это обстоятельство заставляет многих белорусских дипломатов, так же как и представителей других профессий, говорить и делать то, во что они зачастую не верят. Александр Лукашенко и его спецслужбы научились устрашать – коммунистическая школа им в этом очень пригодилась. Есть основания полагать в этой связи, что политика страха сыграет свою роль, и печальный опыт выборов 2001 года будет «учтен» руководителями посольских и консульских учреждений и 19 марта нынешнего года. В МИД Беларуси, скорее всего, будут приходить в основном «правильные» данные об итогах голосования.
 

 
Но подобное не будет продолжаться бесконечно. «Ахиллесова пята» белорусского диктатора и его команды в том, что история уже справедливо рассудила и осудила подобные опыты коммунистической школы. Сейчас иное время, и Беларусь обязательно пойдет в ногу с ним.  
 

 

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *