Белорусская военная прокуратура занимается подсчетом взяток, которые, по мнению правоохранителей, получали пограничники.
Обвинение в получении от подчиненных 4 тыс. долларов предъявлено экс-замначальника управления пограничного контроля – начальнику отдела организации пограничного контроля Госкомитета погранвойск Николаю Курашову, сообщает «Ежедневник».
В конце минувшей недели следствие обвинило Николая Курашова в получении взятки. В прошлом руководитель высокого ранга, Курашов категорически отрицает свою вину.
«Написав несколько лет назад рапорт о неправомерных действиях сотрудников оперативного подразделения, обвинивших одного из пограничников в надуманном нарушении, – говорит Курашов, – я отметил повышенное внимание окружающих меня лиц. Незнакомые люди начали сообщать о сомнительных коммерческих проектах и приглашать к себе в гости. Дальше – хуже. После назначения меня на должность замначальника управления пограничного контроля один из подчиненных сообщил: оперативники предлагают написать заявление, будто он носил мне пакеты с алкоголем из duty free. Я улыбнулся, поскольку не переношу спиртное, и забыл об этом разговоре. Все пришлось вспомнить после возбуждения уголовного дела».
Следствие белорусской военной прокуратуры предъявило обвинение, изучив материалы проверки оперативного подразделения одной из воинских частей Лиды, исходя из которых в 1998–2004 гг. пограничники получали взятки. Основная роль отводится полковнику Курашову. В материалах уголовного дела изучаются события 2002–2003 гг., когда он числился в должности замначальника отряда по пограничному контролю – начальника отдела пограничного контроля Лидского погранотряда пограничных войск Беларуси.
По логике следствия, Курашов заинтересовался поборами подчиненных ему по службе военнослужащих отделения пограничного контроля «Бенякони-1», которые якобы оказывали содействие гражданам, пересекавшим границу, за что получали денежное вознаграждение.
Частью денег, по мнению следствия, они делились с Курашовым. Изучив материалы проверки, длящейся с конца прошлого года, следствие предъявило Курашову обвинение в получении взятки.
Поскольку эти действия повлекли «существенный вред», выразившийся в подрыве авторитета командования войсковой части, дискредитации органов военного управления и пограничной службы, а также в нарушении закона военнослужащими, в деле Курашова появилась еще одна статья УК: «Злоупотребление властью, превышение власти либо бездействие власти».
«Удивляет, – рассказывает Курашов, – что материалы проверок, на основании которых возбудили уголовное дело, появились спустя несколько лет после описываемых событий, когда я вышел на пенсию.
Перед этим для присвоения звания полковника меня проверяли.
Трудно представить, почему десятки нарушений, о которых заговорило следствие, прошли мимо службы собственной безопасности. К моменту окончания службы в Лидском пограничном отряде в моем подчинении находилось несколько сотен человек. Не могу сказать, что все они поступали только по закону. Но не было ни уголовных дел, сопряженных с получением денег у лиц, пересекающих границу, ни заявлений недовольных граждан».
О возбуждении уголовного дела Курашов узнал случайно. Как и о том, что находится в розыске: «Я позвонил следователю, сообщив, что готов ответить на все вопросы. Как выяснилось, сперва меня подозревали в получении взяток в виде запчастей и спиртного из duty free. И это при том, что указанные детали не подходили к моему автомобилю, а алкоголь мне противопоказан».
Надеясь на благополучный исход дела, Курашов недоумевает, почему лица, сознавшиеся в передаче ему взяток, по-прежнему сохраняют свои должности: «Закон освобождает людей от уголовной ответственности в случае признания ими своей вины и сообщения
о допущенных нарушениях. При этом не ясно, почему пограничников не привлекли за содействие гражданам, пересекавшим границу с нарушениями и передававшим за это взятки».
Резюмируя, что «любого чиновника можно обвинить, написав на него заявление», Курашов надеется на благополучный исход дела.
