Оперативный эксперимент — жирная точка в «карьере» наркоторговца

Ромуальд Андриевский. Фото www.bpc.byУправление по наркоконтролю и противодействию торговле людьми МВД Республики Беларусь — подразделение, которое с целью раскрытия тяжких преступлений нередко проводит оперативные эксперименты. Как и в отношении кого может проводиться указанное оперативно-розыскное мероприятие, рассказывает заместитель начальника управления полковник милиции Ромуальд Андриевский.

— Как человеку надо отличиться, чтобы в отношении него проводился оперативный эксперимент?

— В отношении случайных людей такие мероприятия не проводятся. Значит, имеется достоверная информация о подготавливаемом, совершаемом или совершенном преступлении и другими мерами изобличить виновных крайне затруднительно или невозможно. Предположим, говорят, что некий Ваня продает наркотики. Для обывателя такие разговоры сродни сплетне, а для нас — информация, представляющая оперативный интерес. Значит, в отношении Вани начинают осуществляться проверочные мероприятия, может быть проведена проверочная закупка сбываемого им вещества. Последняя соответствующим образом оформляется. Приобретенное вещество направляется на экспертизу. В случае подтверждения факта незаконной реализации наркотика, изучается достаточность собранных материалов для изобличения наркосбытчика. Анализируя и оценивая указанные материалы нередко приходим к выводу о необходимости проведения оперативного эксперимента.

— А разве мало одной проверочной закупки для доказательства вины торговца наркотиками?

— Единичный факт реализации наркотика считается законченным преступлением, но часто для изобличения преступника, его соучастников, установления путей поступления наркотических средств или мест их сокрытия результатов одного оперативно-розыскного мероприятия недостаточно. Проведение оперативного эксперимента позволяет устранить этот пробел. Другим путем сделать это практически невозможно: оперативный эксперимент проводится тогда, когда имеет место высокая степень противодействия, конспирация, сложные схемы совершения преступления.

— Для проведения оперативного эксперимента необходима санкция прокурора. А со стороны милиции достаточно только оперативной информации, мол, человек продает наркотики?

— В отношении такого человека должны быть собраны материалы, достоверно подтверждающие его причастность к незаконному сбыту наркотических средств или психотропных веществ. Проводимый на основании этих материалов оперативный эксперимент — это своего рода жирная точка в финале преступной эпопеи наркосбытчика.

— Значит, живет себе человек, а на него собирают досье…

— Проверочные мероприятия проводятся только в отношении лиц, чьи поступки свидетельствуют о занятии преступной деятельностью и делается это в интересах всех иных граждан нашей страны. В каких случаях и какие мероприятия могут проводиться — четко регламентировано Законом Республики Беларусь «Об оперативно-розыскной деятельности».

— Ромуальд Станиславович, перед интервью я тоже проводила журналистский эксперимент. Спросила у сына друзей — десятиклассника, знает ли он, что любые действия с наркотиками являются противозаконными и что он предпримет, если кто-то будет настойчиво просить его помочь приобрести наркотик. Парень ответил, что на классный час не раз приходили «менты» и предостерегали от совершения всяких преступлений, поэтому проинформирован: что за что бывает. А если кто настойчиво попросит помочь приобрести наркотик, то, во-первых, он не знает где можно купить зелье, во-вторых, папе расскажет. Но такие идеальные отношения между родителями и детьми, увы, случаются нечасто. Что посоветуете?

— Найти родителям время и силы как раз для таких идеальных отношений. В наркоманию очень часто втягивают детей из обеспеченных семей либо психологически неустойчивых, легковнушаемых. В первую очередь родители должны научить детей в определенных ситуациях говорить категоричное «нет». Также важно понимать: наркомания — это болезнь и лечиться от нее, как и любой другой, не стыдно. Со временем человек с запущенной болезнью становится социально опасным для общества и в первую очередь для своей семьи.

— Если вдруг на законопослушного, нигде ранее не замеченного в подозрительных делах и знакомствах человека настрочат донос, или он случайно окажется рядом с тем же торговцем наркотиками, тоже необходим эксперимент?

— В таких случаях достаточно проверки. Приведу два примера. Возвращались из Германии подруги, а к нам уже поступила информация, что они перевозят наркотики. На границе проверили — точно. Подозрение есть, но как-то уж очень все гладко… По закону отводится минимум 10 дней для проведения проверки и принятия решения о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела. Начали проверку. Выяснилось, что девушкам подбросили наркотики и проинформировали соответствующие органы их недоброжелатели.

И второй пример. Мы задержали ди-джея одного из клубов за распространение наркотиков. Точно было известно, что у него солидная партия зелья не реализована. Обыск по месту жительства прошел безрезультатно. Тогда получили санкцию на обыск квартиры, в которой жила его девушка. И там нашли припрятанный наркотик. Девушка даже не подозревала, что ее жилье так используется. Так что факт невиновности человека не только можно доказать, но и необходимо это делать, ведь установление истины по делу является прямой обязанностью сотрудников правоохранительных органов.

— Вот после таких замечательных примеров позвольте задать не самый приятный вопрос. В СМИ встречаются публикации, в которых упрекают сотрудников ваших территориальных подразделений в нечистоплотности при проведении оперативного эксперимента. В частности, две истории по Гродненской области. Сотрудник милиции приятельствовал с девушкой, а потом через нее вышел на продавцов наркотиков; преподаватель вуза провоцировал студентов приобретать и употреблять наркотики и, якобы, он делал это по заданию милиции.

— В первом случае: сотрудник милиции был уволен из органов внутренних дел и привлечен к уголовной ответственности за превышение служебных полномочий. Не является оправданием и то, что девушка здесь оказалась неслучайно и имела определенное отношение к наркотическим средствам: никому, а сотруднику милиции в особенности, не позволено нарушать закон. Что касается второй истории — там есть решение суда — и комментарии здесь неуместны.

Стремление же родителей осужденных понятно: они хотят помочь своим детям и обращаются в СМИ, трактуя происходящее на основе ничем не подтвержденных предположений, тем самым привлекают к себе внимание, оказывают давление на следствие и суд. В то же время, суды при оценке собранных доказательств и вынесении приговоров независимы, и нет оснований ставить под сомнение принимаемые ими решения.

Завершая же тему отцов и детей, скажу, наверное, очень резко, но от души: чем и как живут дети родителям надо интересоваться до того, как они окажутся в СИЗО. Пока же получается, что родители — последние, кто узнает о пристрастии ребенка к наркотикам. По-человечески мне очень жаль этих людей, потому что наркоман в семье — это огромное горе.

— В отношении «акул» наркоторговли тоже проводятся оперативные эксперименты?

— Применительно к нашей стране «акулы» — это сильно сказано, но такая категория нами постоянно выявляется и изобличается. Иногда легче справится с двумя-тремя крупными хищниками, чем с множеством средних и мелких. В отношении оптовых торговцев наркотиками, естественно, проводятся как оперативные эксперименты, так и контролируемые поставки.

— Ромуальд Станиславович, прокуратура может отказать в санкции на проведение оперативного эксперимента.

— Конечно, и такие случаи бывают. Прежде чем обратиться к прокурору, руководитель оперативного работника тоже может не раз их «завернуть».

— Научно-практическим центром проблем укрепления законности и правопорядка Генпрокуратуры Беларуси издана научно-методическая разработка «Оперативный эксперимент — как способ выявления взяточничества», в которой рассматриваются все вопросы использования оперативного эксперимента. А по вашему направлению не планируется издать подобный труд?

— Межведомственной комиссией по борьбе с преступностью, коррупцией и наркоманией при Совете безопасности Республики Беларуси дано поручение Академии МВД совместно с заинтересованными министерствами и ведомствами разработать единую для всех инструкцию по проведению проверочных закупок, оперативных экспериментов и контролируемых поставок для работы по всем направлениям. При написании документа учитываются научные достижения в сфере оперативно-розыскной деятельности, международный и отечественный опыт. Мы видим задачу в том, чтобы проведение сложных оперативных мероприятий проходило строго в рамках закона, у всех ведомств были единые подходы к вопросам обоснованности их проведения; использования результатов ОРМ в уголовном процессе; квалификации преступных деяний виновных лиц.

— Наркотики чаще всего пробуют в юном возрасте и дальше уже люди деградируют. Считаете ли вы, что вступившие в силу 4 апреля изменения в Уголовный кодекс Беларуси, усиливающие ответственность за продажу наркотических веществ, будут способствовать уменьшению числа продавцов, и как следствие, потребителей?

— Карательные меры не могут являться главным средством в противодействии незаконному обороту наркотиков и распространении наркомании. Но практика свидетельствует, что усиление ответственности для многих людей является барьером перед совершением преступления.

— Каков портрет среднестатистического торговца наркотиками?

— Из привлеченных к уголовной ответственности за торговлю наркотиками 65% нигде не работают и не учатся. Это, увы, потерянные для общества, семьи люди.

Здесь я должен отметить, что покупателей наркотиков в чистом виде существует очень мало. Рано или поздно, но потребители становятся продавцами, чтобы заработать себе на дозу, используя разницу в цене.

— Значит, это миф: сами продавцы берегут здоровье, а только других калечат.

— Это не миф. Крупные торговцы наркотиками действительно сами крайне редко бывают наркоманами. Это — высокоорганизованный бизнес с огромными доходами, так что они очень заботятся о своем здоровье.

— Когда беседуете с задержанными, интересуетесь: они хотя бы представляли, что совершают преступление?

— Теоретически все подготовлены хорошо. Знают, за какие незаконные сделки с наркотиками предусмотрено уголовное наказание. Но, во-первых, почти все легкомысленно полагают, что вот лично их не задержат, во-вторых, что такое 8 лет лишения свободы… понимают только на практике. Кстати, управление по наркоконтролю и противодействию торговле людьми инициирует рассмотрение вопроса о предоставлении возможности лечиться от наркомании лицам, осужденным за приобретение и хранение наркотиков, как альтернативу отбывания уголовного наказания.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *