На Слонимском мясокомбинате проигнорировали волю правительства

Наблюдательный совет ОАО «Слонимский мясокомбинат» вопреки пожеланиям правительства оставил у руля предприятия Вячеслава Наруту. Белорусский сайт produkt.by считает это вызовом правительству.
 

В конце июля произошло крайне редкое для Беларуси событие: постановление правительства о ситуации на мясокомбинатах страны оказалось не понятым и не принятым. После его опубликования многие СМИ поспешили записать всех упомянутых в нем руководителей — Владимира Грабовского (ОАО «Оршанский молочный комбинат»), Михаила Шейко (ОАО «Октябрьский завод сухого обезжиренного молока»), Вячеслава Наруту (ОАО «Слонимский мясокомбинат»), Владимира Латыговского (ОАО «Слуцкий сыродельный комбинат») и Николая Козюлько (ОАО «Быховмолоко») — в списки уволенных. И по большому счету журналисты оказались правы. Кроме одного случая.

В соответствии с законом наблюдательный совет ОАО «Слонимский мясокомбинат» рассмотрел предложение государственной доли (27 % акций и 2 голоса из 11) и решил сохранить пост за нынешним директором. Таким образом, акционеры не только высказались в поддержку Вячеслава Наруты, но и отказались рассматривать решение проблемы антибиотиков, обнаруженных российскими специалистами, в плоскости, предложенной Минсельхозпродом.

После заседания совета журналисты сайта  встретились с Вячеславом Нарутой, чтобы узнать его точку зрения на происходящие события.

— Вячеслав Константинович, не было желания уйти и не перечить властям?

— Правительственные чиновники причиной всех проблем, обрушившихся на наш мясокомбинат, увидели меня лично. Но есть законный порядок по работе с ОАО. Наш наблюдательный совет решил иначе. Я, как наемный директор, остался на своем месте.

— Решение правительства базировалось на мнении Минсельхозпрода?

— Да. Формально на том, что нас закрыли второй раз по причине обнаружения в продукции антибиотиков. Соответственно, мы бездействовали и прошлой осенью, и тем более после первого обнаружения, раз ничего не изменилось.

— Это не так?

— В ноябре прошлого года российские специалисты нашли антибиотики в мясе свинины, которое мы экспортировали. В пограничном объеме — 3,6 мкг. Белорусские санитарные нормы допускают до 10 мкг. А российские ветеринары, притом что нормы в двух странах одинаковые, решили, что соответствия нет. Теоретически мы могли обратиться в арбитраж, но я решил иначе. Мы вообще сняли свинину с экспорта.

— Почему вы так решили?

— Мне эта проблема напомнила ситуацию, которая чуть раньше была у наших сахарных заводов, обвиненных россиянами в реэкспорте. Хотя в случае со свининой никакого реэкспорта нет: свое мясо мы продавали за рубеж, а необходимые объемы восполнялись импортным. Это экономически выгодно и оправданно. Возможно, такая ситуация стала кому-то в России мешать. Из-за высокого уровня рисков мы никогда не строили свою экономику на этом экспорте-импорте. Наши предположения оправдались — вся наша свинина теперь продается на внутреннем рынке.

— Это снимает проблему антибиотиков в экспортных поставках, но не решает ее в принципе. Тем более речь идет о внутреннем рынке…

— Вы правы. Но, согласитесь, эта проблема рождается не на мясокомбинате, а в сырьевой зоне. Значит, наше министерство не там ищет решение — его нет в креслах руководителей переработки.

— Ваших коллег из молочной отрасли призывают решать аналогичную проблему более активной работой в своей сырьевой зоне.

— После первого закрытия нашего экспорта в ноябре прошлого года мы провели огромный объем работы, чтобы повысить безопасность своей продукции, разработали дополнительные мероприятия, исследовали свинину в независимых лабораториях Латвии и Литвы. Мы получили общую картину происходящего и пришли к своим выводам.
Нам сложнее, чем молочникам, работать с сырьевыми зонами. Молоко — это продукт, который в отличие от мяса не связан с убоем животного. На наших заводах нет оборудования для экспресс-методов по обнаружению антибиотиков. Да, мы отслеживаем туши, нумеруем и знаем, из каких хозяйств поступило мясо. Но что делать с этими знаниями, когда партия ушла к заказчику?

— На этот раз в отличие от прошлогоднего проблемы у комбината возникли с мясом взрослого скота — говядиной.

— К сожалению, в нынешних условиях промышленного производства от этих проблем никто не застрахован. Когда с откорма снимается партия молодых бычков, она более однородна. Эти сто, например, голов одинаково выращивались, кормились и лечились. А взрослая корова, приведенная на убой, уникальна в каждом случае! Она наверняка болела, получала антибиотики и т.д.

Мы начали вести работу с хозяйствами, призывая их соблюдать технические нормы при выбраковке. Например, полтора-два месяца перед убоем эту корову нельзя доить. Напротив, она должна питаться только кормами без всяких добавок и лечения и наращивать мышечную массу. Прежде мы полагались на ответственность хозяйств. Хотя при сдаче животного на мясокомбинат они дают ветеринарное свидетельство и подписываются, что животные здоровы и в течение последних 30 дней ветпрепараты не применялись… Достаточно ли этих 30 дней? Не знаю, считаю, что поиск ответа на этот вопрос не является прерогативой мясокомбината. Для этого есть отдельное ведомство.

— Какие выводы для себя вы сделали на этот раз?

— С таким трудом мы выкарабкались из зимы, а теперь опять… За квартал, который нам дали поработать с экспортом, мы восстановили продажи за рубежом на 61 %. Что теперь делать? Пытаемся диверсифицировать экспорт. Надеюсь, успешно завершим переговоры с Казахстаном.

Доля экспорта составляет порядка одной трети нашего производства, поэтому надеюсь, что скоро ситуация разрешится и с нас снимут временное ограничение. В министерстве знают, какую работу мы провели. Хочу заметить, что у нас новые холодильные камеры — мясо может храниться.

— Вячеслав Константинович, у вас есть ответ на вопрос, почему Слонимский мясокомбинат в отличие от других дважды попадает на одну и ту же мину?

— Мне бы не хотелось свои рассуждения выносить на страницы вашего журнала. Коров все продают, а антибиотики находят только у нас… К сожалению, у меня есть своя версия… Одно, кстати, хорошо в таких сложных условиях — мозги работают быстрее.

— Вы наверняка немало времени уже провели наедине с собой, обдумывая сложившуюся ситуацию. Давайте выйдем из масштабов одного предприятия: какие изменения в отрасли необходимо провести, чтобы избежать проблем с антибиотиками в будущем?

— У меня есть предложения, которые я буду инициировать. Надеюсь, что коллеги меня поддержат, иначе наша работа будем напоминать хождение по граблям.

Во-первых, нужно убрать с мясокомбината скот вынужденного убоя, чтобы ни доли подозрения не выпало на переработчика. Вынужденному убою, уточню, не место даже на санитарных бойнях мясокомбината. Мы уже начали работать в этом направлении — ведем переговоры о покупке отдельной площадки. Из этого мяса будем делать ассортимент для непродуктивных животных.

Во-вторых, не терпит отлагательств принятие решения по усилению лабораторной базы государственной ветеринарной службы. Последние полгода мы отправили туда порядка 450 проб. Но у них способы исследования — советского «природы».

— Сам мясокомбинат может установить необходимое оборудование в своей лаборатории?

— Теоретически. Это очень дорого. Да и какой в этом смысл? Откуда у покупателей будет доверие, если я ему покажу сертификат, который сам себе выдал? Для этого существуют независимые государственные лаборатории. Их и нужно оснащать. Почему это происходит крайне медленно, не знаю.

Недавно для республиканской ветеринарной службы был куплен жидкостной хроматограф по цене в сотни миллионов рублей. Именно на основании результатов, которые показывает этот прибор, россияне закрывают белорусам то один, то другой продукт. Поставили этот хроматограф в Минске. Один! Нам кажется, этого крайне недостаточно. В Национальном диагностическом центре Латвии таких приборов 16! Причем обратите внимание: эта страна не является суперэкспортером мяса и молока, на что претендует Беларусь. Такие приборы необходимы в каждой области. Чтобы те, кто нас проверяет за границей, знали, что мы работаем с таким же современным оборудованием.

Только одних современных антибиотиков в животноводстве используется десятки наименований, не говоря уже о других ветеринарных препаратах. В наших санитарных нормативных документах контролируется только 4 антибиотика, из них два уже давно не используется в животноводстве. В Европе разрешены максимально допустимый уровень для тетрациклинов в мясе до 100 мкг, но запрещен левометицин. А у нас и там, и там норма допускает до 10 мкг. Надо определиться с приоритетами.

— Почему, на ваш взгляд, ветеринары не торопятся?

— Не хотят брать на себя ответственность. Сколько раз иностранные проверяющие, россияне, упрекали, что в Беларуси недостаточный ветеринарный госконтроль за качеством продукции.

И последнее изменение, которое вызовет больше всего споров, но, на мой взгляд, ситуация требует оперативного решения: мясной и молочной перерабатывающей промышленности не место в Минсельхозпроде. Мы с производителями являемся по природе антагонистами. Они считают, что наш труд менее ценен, что мы мало платим и т.д. Переработка находится в сиротском статусе в собственном министерстве! Наши интересы защищает только Минэкономики, когда противостоит очередному повышению закупочных цен. Кто-то должен разделить ответственность за то, в каком состоянии находится сегодня молочная отрасль. То же самое касается и антибиотиков. Снять директора мясокомбината — это так, копнуть по поверхности, проблему этим не решить. У нас не получается выстроить диалог с Минсельхозпродом. Например, мы отправили письмо, предлагающее обсуждение проблемы антибиотиков, то получил в ответ, что совещание уже было проведено без нас. Ладно бы к нам всегда относились как к наблюдателям со стороны. Но меня теперь с должности снимают, делают крайним, не дав никакой возможности высказаться и внести свои предложения.

Вероятно, стоит вернуться к вопросу возрождения Министерства пищевой промышленности, например, на базе концерна «Белгоспищепром». А Министерство сельского хозяйства и продовольствия пусть сконцентрируется на производстве.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *