Андрей Курейчик: «Голливуд – это деревня»


Белорусский драматург начал работу над американским проектом. Андрей Курейчик рассказал о «застольном периоде» в американском кино, поделился впечатлениями от жизни в Лос-Анджелесе и предположил, как Беларусь может вырваться из «военного и деревенского окружения».

«Американцы упиваются возможностью кого-то напугать»

История знакомства белорусского драматурга с американской киноиндустрией началась с того, что представители «20th Century Fox» в России посмотрели фильм «Юленька» по сценарию Курейчика и порекомендовали головному офису компании приобрести права на ремейк этой ленты. Что и было сделано.

— До этого американцы не приобретали права на ремейк современных российских фильмов, — отмечает Курейчик. – Хотя, признаться честно, я не верю в широкого зрителя для этой картины. По крайней мере, в том виде, в котором она была сделана Александром Стриженовым. Мне кажется, что американцы намного лучше нас понимают в триллерах, ужасах. Кажется, ни одна другая нация не может похвастаться таким их количеством. Насколько хорошо французы понимают в комедии, индийцы — в мелодрамах, настолько американцы хорошо чувствуют саспенс. Они упиваются возможностью кого-то напугать. По-моему, это проявляется у них во всех сферах жизни.

Вскоре последовало и предложение написать сценарий к полнометражному фильму:

— Это будет молодёжная комедия на тему «как стать звездой». То есть на ту тему, к которой я не имею никакого отношения, — улыбаясь, говорит Курейчик. — Согласно контракту, первый вариант сценария я должен представить в ноябре. Но пока там конь не валялся. Есть только синопсис, наработки. Так что мне сейчас необходимо закрыться, отключить телефон и работать, чтобы всё успеть.

«Как стать звездой» — это большая американская мечта. Большинство их шоу посвящено тому, как «из грязи — в князи». И даже разговаривая там с обычными людьми, понимаешь, что все они под это заточены: внутренняя тяга к самореализации в Америке, наверное, впитывается с молоком матери. Я думаю, успех этой нации, в её бесконечной амбициозности.

«Как зритель я назову белорусское кино чудовищным»

— В отличие от Беларуси, монолитной страны с довольно понятным менталитетом, Америка – это дикая смесь наций, религий, сексуальных ориентаций, всего, — подметил Курейчик. — И у всех есть свои субкультуры. Может быть, поэтому американское кино и завоевало мир: они поняли, как сделать кино доступным для разных субкультур и в итоге получилось, что оно доступно для всех культур.

Отсутствие успеха у белорусских картин Курейчик объясняет отсутствием «рынка труда для творческих людей»:

— Есть люди, которые пишут и кладут в стол, есть люди, которые сами иногда пытаются что-то реализовать. Но нет системы, и я думаю, что в ближайшее время она не появится: у нас есть монополист в кино, фактический монополист в области телевидения. Я всё же надеюсь, что в Беларуси поймут одну простую вещь: искусство – это не здание, не ремонты, не отчёты. Искусство – это результат: фильмы, диски, картины и т.д. Когда у нас будут оценивать не ремонт театра оперы и балета, а сами оперу и балет, можно будет говорить о том, что в этой стране уважительно к искусству относятся.

Белорусское кино я оцениваю как зритель. И как зритель назову его чудовищным. Это не оскорбительно! Ведь плохого кино много везде… Просто у нас нет критериев отбора, когда лучшее поднимается наверх, а от худшего избавляются, когда тот же Заметалин говорит: «У меня на студии работают режиссеры-алкоголики, но я не могу их уволить».

В качестве примера неудачного кино Курейчик вспомнил о фильме «На спине у чёрного кота»: «Ведь изначально было понятно, когда берёшь в руки этот сценарий, что его продать нельзя никуда и никогда, ведь мир не будет смотреть кино про стариков, которые выиграли в «Спортлото». Большая часть фильмов, которые снимаются у нас – либо о войне, либо о деревне. Я очень хочу сделать фильм про витебский период Марка Шагала. Мне кажется, что в 20 веке у нас не было большего героя, большей знаменитости и большего таланта. Это человек из какого-то непонятного местечка, которого сейчас в мире знают везде. Он — самый известный белорус. Мне кажется, что «Беларусьфильму» и по бюджету, и по всему остальному, это можно снять и вырваться из этого военного и деревенского окружения».

«Проспект Независимости для голливудцев будет чем-то невероятным»

Хотя образ деревни ассоциируется у драматурга не только с белорусским кино.

— В массе своей Голливуд – это деревня, — делится он впечатлениями от трёхмесячного пребывания в США. — Настоящая одноэтажная Америка. Узкие улочки, много домов, сохранившихся с начала прошлого века. Наш проспект Независимости для них будет чем-то невероятным.

Мне очень понравилось, что люди там очень демократично мыслят относительно своей среды обитания. Для них важно, чтобы была органическая еда, чтобы можно было заниматься йогой – какие-то простые вещи. Помпезность для них абсолютно не важна: миллиардеры могут ходить в рваных маечках, совсем не так как на Рублёвке, где их сопровождает ГАИ и пять джипов охраны. Это у нас Гоша Куценко на джипе, в костюме и с какими-то дорогими мобильниками. Там этого нет.

Но перебираться в США Курейчик не планирует:

— Прецедентов, чтобы русские или белорусские сценаристы пробивались в Голливуде в высшую лигу, не было. Хотя многие там жили, хотели работать на американском рынке. Мне кажется, проблема в менталитете и чувстве нации. Для меня же это очень хороший опыт, учёба и возможность приподняться над той кинематографической реальностью, которая существует здесь.

Знакомство с Америкой стало полезным не только для Андрея, но и для его семьи:

— Сын начал говорить по-английски, — не без гордости говорит драматург. — Когда мы приехали домой и он попросил у бабушки ball (мяч), она чуть с ума не сошла.

Три месяца в США прошли плодотворно. Часть этого времени я провёл с семьёй без продюсерского надзора. Мы осматривались, изучали достопримечательности. Я ознакомился системой кинематографа в Америке, которая оказалась очень сложной. У нас сложено очень много мифов о том, как работает американский кинематограф. Многие из этих мифов я для себя разрушил. Поучиться там есть чему. Правда, не знаю, кому здесь интересно учиться у Америки.

У нас, например, актёры часто получают сценарий прямо на съёмочной площадке и, почитав, входят в кадр. Там же есть настоящий «застольный период», когда собираются актёр, режиссёр, сценарист и происходит development, то есть развитие роли. Там очень хорошая актёрская школа. Я думаю, это связано с тем, что в Лос-Анджелесе половина населения – актёры, вторая половина – сценаристы. Причём все они работают кто официантами, кто — ещё где-то…
 
«Салідарнасць»

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *