Догонит ли наше кино европейский кинопроцесс?

«Оливье и зрелищ!» — девиз рядового обывателя, усевшегося встречать перед телевизором Новый год. Что же он там увидит? Улетающие в Ленинград «дрова» с распаренно-блаженным лицом Жени Лукашина, поборы «на керосинку» Василия Алибабаевича, да Шурика, принесшего денежку «за квартиру, за январь».

Чего точно не увидим? Интересного и нового белорусского кино. Назовите хоть одну фирменную «нашенскую» новогоднюю комедию, семейный фильм (я уже не говорю об авторском кино), который бы держал под гипнозом у экрана. Так есть у нас шансы догнать современный европейский кинопроцесс?

На вопросы «Труда» отвечает киноаналитик, культуролог, преподаватель «Белорусского Коллегиума» Максим ЖБАНКОВ.

«Стыдное» кино

— Почему сегодня не появляется белорусских картин, способных приковать зрителя к телевизору или собирать аншлаги в кинотеатрах?

— Самая банальная точка зрения, которая нам преподносится в этой связи—нет денег.

Однако наша киноиндустрия неконкурентоспособна по целому ряду причин. Главная из них — существующая система кинопроизводства абсолютно централизована, и его динамика в принципе не успевает за временем. Эта система не отвечает и не реагирует на требования публики, фактически застряла в советских 80-х, и с того времени не продвинулась ни на шаг! С таким уровнем осмысления реальности отечественный кинематограф способен воспроизводить только бесконечные клоны старого советского кино, и ничего более.

Важен также момент, связанный с подготовкой новых кадров для кинематографа. Отечественная режиссерская школа осталась на уровне Михаила Пташука — такой, какой она была лет 15 назад. Преподавание в наших театрально-художественных вузах глубоко архаично. Фактически мы выпускаем новое поколение «как бы профессионалов», которые, еще не начав работать, уже безнадежно отстали от мирового кинопроцесса.

Нормальной конкуренции в данной творческой среде у нас нет. Зато есть кинематографический монополист — государство. Наш кинопроизводитель работает не на зрителя, а на госзаказчика. В результате мы получаем фильмы, за которые самим производителям стыдно. Недавно, к примеру, искал копию относительно нового белорусского фильма «Глубокое течение» (снят Маргаритой Касымовой и Иваном Павловым по мотивам романов Ивана Шамякина — Е. Г. ). Нигде не нашел! Даже у самих бывших участников процесса…

— Назовите последнюю белорусскую картину, которая вас впечатлила.

— Последний раз такое случилось в 2003 году. Фильм «Оккупация. Мистерии» режиссера Андрея Кудиненко. Отличный фильм! Который, к сожалению, остался единственным в своем роде. Эта картина — одинокий остров в океане отечественного секонд-хэнда.

… Есть еще и выдающийся документалист — Виктор Аслюк. О нем непростительно мало пишут. Его фильмы невозможно найти в магазинах! А между тем, Аслюк практически в одиночку представляет Беларусь на престижных мировых киносмотрах. Берет первые призы. И почему-то остается в тени.

— Каким вы видите будущее белорусского кино?

— Как у любой киношной сказки, у нашего кино может быть два конца — хороший и плохой. Сколько бы не рассуждали о том, что «Оскар будет наш!», этого не произойдет при существующем ракурсе идеологическо-эстетического прессинга. Он не принесет нашему кино серьезных достижений. И наши фильмы останутся безнадежно вторичными.

Благополучный конец «сказки» — это включение нашей киноиндустрии в современный европейский кинопроцесс. К сожалению, наш кинематограф пока жестко завязан на определенном поведении власти. И пока кино существует в режиме госмонополии, оно полностью зависит от маневров политического курса.

Обложим налогом Питта и Джоли?

— Как вы относитесь к недавнему предложению гендиректора «Беларусьфильма» Владимира Заметалина ввести налог на голливудское кино, чтобы поддержать белорусское?

— Сама идея подобного налогообложения — не новость. Это давно практикуется в той же Франции. Но в чем принципиальная разница? У Франции есть собственная система развитой кинематографии. У нас — нет. Кроме того, есть жестокий кризис идей и сюжетов. Поэтому налогообложение западных фильмов радикально не исправит положение отечественного кинематографа.

Опереточные немцы

— А вообще есть ли в Беларуси талантливые молодые режиссеры?

— Молодые режиссеры на родине не задерживаются. Тот же Кудиненко работает сейчас в Петербурге.
Почему он уехал? Не смог найти поддержки у «Беларусьфильма». Был у нас и очень талантливый режиссер Александр Кананович, который сделал блистательную дипломную работу «Цвет любви». Сейчас тоже работает в России.

Эта тенденция творческой эмиграции очень беспокоит.

Недавно мне позвонил интересный парень — Руслан Котковец из Бреста. Нигде не учился делать кино, дилетант! Но за свои личные деньги снял очень неплохой игровой фильм и уже занял 3-е место на кинофестивале в Польше. Пытался заинтересовать столичных кинодеятелей, но пробиться на «Беларусьфильм» так и не смог.

В итоге, что мы имеем? Есть неформатные молодые энтузиасты, которые хотят работать, но не имеют здесь возможности для личного роста. И есть машина официального кино, люди школы «Партизанфильма», которые снимают картонное кино про опереточных немцев и геройски страдающих крестьян.

КИНОсправка

«Новый Гайдай» Александр КАНАНОВИЧ

1999—2004 годы: учился в Белорусской Академии искусств, мастерская Пташука. Его работы за время учебы: «Идиллия» (2000 год), «Дон Педро» (2002 год).

2005 год: короткометражная комедия «Цвет любви», снятая в сложнейшем жанре музыкального водевиля, произвела фурор на кинофестивале студенческих фильмов и дебютов «Святая Анна» (Москва) и получила главную премию. На фестивале «КиноАрт» стала фаворитом, сорвав бурные аплодисменты зрителей.

2007 год: по заказу телеканала «Россия» снял лирическую комедию «Смокинг по-рязански» — о провинциальной красавице, попадающей в столичный мир высокой моды.
«Возможно, мы с вами являемся свидетелями рождения нового Гайдая!» — пишет о Канановиче российская пресса.

«Новый Тарантино» Андрей КУДИНЕНКО

1998 год: окончил Белорусскую Академию искусств, затем — аспирантуру. Один из последних учеников легендарного Виктора Турова. После окончания Академии снимал короткометражные фильмы (множество международных призов) и рекламу.

2002 год: полнометражный дебют «Битва пяти воинств».

2004 год: фильм «Оккупация. Мистерии» получил высокую оценку на Роттердамском фестивале (Голландия). Действие разворачивается на оккупированной фашистами территории Беларуси. Однако знаменитого партизанского противостояния, известного по советским лентам «Беларусьфильма», в этом проекте нет. Есть интригующий сюжет, дух вестерна и постмодернистская игровая структура (режиссера Андрея Кудиненко уже окрестили в российской прессе «белорусским Тарантино»). В Беларуси фильм так и не «пошел» — по одной из версий, в нем не хватило патриотизма.
Сегодня Кудиненко работает вместе с одним из самых успешных российских режиссеров Павлом Лунгиным, автором нашумевшего фильма «Остров».

В погоне за «Оскарами»

«На что вы жалуетесь?! Ваше государство из своего кармана финансирует белорусский кинематограф. В строительство шикарных съемочных павильонов бешеные деньги вкладывает!», — с негодованием говорил в телекамеру белорусского телеканала россиянин Дмитрий Астрахан, снимающий у нас очередную картину.

И действительно, на что жаловаться… «Беларусьфильм» впервые за много лет вышел в плюс, или «прорыв», как окрестил прибыль в миллиард рублей зам. гендиректора киностудии Александр Телушко
А пока новые гайдаи, тарантино и кустурицы уезжают туда, где есть возможность творческой реализации. Так что ожидать в скором будущем притока настоящей молодой крови к «Беларусьфильму», судя по всему, не приходится…

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *